Казанская Екатерина

А легко ли продаются подаренные квартиры? Продолжу историю о недвижимости для дочери. Итак, дочка осознает, что жить нормально в этой квартире она не сможет. Площадь юридически принадлежит ей, но физически она мамина. Пока мама растила детей, занималась семьей и много работала, ей было некогда прожить все то, чего она была лишена.  Некогда было даже оглянуться на свои прошлые чувства и разобрать эти залежи. А сейчас мама хочет до прожить все это, через дочь, сама того не понимая. Дочери от этого маминого давления очень сложно и она решает квартиру продать. Но квартира не продается. Риэлторы тоже не понимают, почему это так, ведь квартира ликвидная и она в рынке. Но так происходит потому, что квартиру, принятую в дар от мамы, можно продать только вместе с мамой и ее не прожитыми чувствами, размещенными в эти метры. И вот дочь, совершенно отчаявшись, доходит до расстановки, где это все становится видно. А делать-то что? Прежде всего, оставить маме мамину ношу, признав все то, что с мамой происходило и сказать спасибо: «с благодарностью, с любовью, но я беру только стены, лишь  квадратные метры». И тогда уже заходить в эту квартиру по-новому. Присвоить ее наконец. И продавать уже свою квартиру, а не мамину. И тогда эта сделка может свершиться.

«Смелость любить»: почему одного желания быть рядом бывает недостаточно? За годы работы с отношениями через расстановки я много раз видела, как то, что происходит между двумя людьми сегодня, начинается задолго до их встречи. Иногда — задолго до их рождения. Именно из этих наблюдений постепенно и складывалась «Смелость любить». Когда-то это были группы по 12 встреч. Потом по 8, потом по 4. Что-то я видела в работе с клиентами, что-то становилось понятно через работу с парами, какие-то вопросы появлялись после очередной расстановки. Так, по крупицам, на протяжении десяти лет я собирала то, что сегодня стало основой этой программы. Так вот, как же она устроена? «Смелость любить» начинается с исследования своей семейной, родовой истории. И это не древо жизни, где мы просто выясняем, как звали бабушку, сколько у неё было детей и в каком году родился дедушка. Это совершенно другая работа. В её основе — генограммные вопросы. Когда-то их было всего пять. Сейчас — практически 50. И этот список не был придуман однажды и записан на бумаге. Он собирался постепенно, из практики, из реальных человеческих историй. И с каждым годом вопросов становится больше. Через них мы пытаемся увидеть паттерны, сценарии, связи, процессы, которые происходили в вашей семейной системе и могут влиять на то, как вы сегодня строите отношения. Потому что за годы практики я снова и снова вижу, насколько разным может быть то, что влияет на нашу способность быть рядом с другим человеком. Конечно, мы смотрим, что происходило в вашей семейной системе между мужчинами и женщинами. Как они встречались, любили, женились, расходились. Были ли измены, разводы, ранние смерти партнёров, насилие, зависимости. Были ли женщины, которые оставались одни. Мужчины, которые уходили. Потерянные отношения. Несчастная любовь. Партнёры, которых невозможно было забыть. Всё то, что происходило между мужчинами и женщинами задолго до вас и каким-то образом продолжает влиять на то, как отношения строятся уже у вас. Но мы исследуем далеко не только это. Мы смотрим даже на то, как вы пришли в этот мир. Что происходило с вашей мамой, пока она была беременна вами? Была ли эта беременность желанной? Что происходило вокруг неё в это время? Как вы родились? Что происходило сразу после рождения? И когда человек сегодня говорит: «Я ужасно боюсь, что меня бросят». «Я не выдерживаю одиночества». «Как только человек становится ко мне слишком близок, мне хочется отойти подальше». А если начать смотреть на его историю, иногда оказывается, что опыт одиночества, разлуки или потери появился гораздо раньше первых взрослых отношений. Иногда — практически с самого рождения. Поэтому что влияет? Примерно всё. Не в смысле, что теперь в каждом событии семейной истории нужно искать причину своих несчастий, а в том, что человек живёт не в вакууме. Мы рождаемся внутри семейной системы. И эта система неизбежно на нас влияет. В программе «Смелость любить» мы начинаем  именно отсюда: смотрим на эту большую историю и пытаемся увидеть, что из неё до сих пор продолжает жить в вашей собственной. Продолжение в следующем тексте.

Часть 2 В первой части я писала о том, как опыт одиночества и разлуки, с которым мы встречаемся очень рано, мы потом приносим с собой во взрослые отношения. Нам кажется, что мы боимся будущего одиночества. Того, что нас когда-нибудь бросят, разлюбят, предадут или оставят. Но очень часто мы безумно боимся снова встретиться с тем одиночеством, которое уже когда-то переживали. Оно уже внутри. Партнёр не создаёт его с нуля. Он может его проявить. Не позвонил. Не ответил. Отдалился. Уехал. Выбрал не меня. Захотел побыть один. Посмотрел на другую женщину. Стал меньше нуждаться во мне. И вдруг сегодняшнее событие оказывается гораздо больше самого события. Потому что внутри может подниматься не только взрослая женщина, от которой ушёл мужчина. Там может быть маленький ребёнок, для которого исчезновение близкого человека когда-то означало исчезновение всего мира. И тогда мы начинаем закидывать это в партнёра. Не уходи. Не отдаляйся. Не бросай меня. Не выбирай никого другого. Докажи, что я тебе нужна. Сделай так, чтобы я больше никогда этого не чувствовала. Но партнёр не может этого сделать. И самое интересное — у него внутри происходит примерно то же самое. Он тоже был у мамы в животике. Он тоже когда-то впервые оказался отдельно. Его тоже оставляли с бабушкой, отдавали в сад, он болел и лежал один в больнице, мама тоже могла уехать, заболеть, быть эмоционально недоступной или просто не иметь возможности находиться рядом столько, сколько ему было нужно. У мальчиков всё то же самое. Только очень многим мальчикам вдобавок довольно рано объяснили, что чувствовать вообще не надо. Не плачь. Не бойся. Ты же мужчина. И вот встречаются двое взрослых людей. И каждый приходит в отношения со своей историей близости и одиночества. Со своим страхом быть оставленным. Со своими способами цепляться, убегать, замолкать, контролировать, требовать, исчезать первым, чтобы не бросили тебя. И оба будут об это биться. Потому что невозможно постелить соломки на всю жизнь. Невозможно найти такого партнёра, который гарантированно никогда не отдалится, никогда не изменится, никогда не выберет что-то кроме вас, никогда не уедет и никогда не умрёт. Невозможно накрыть себя пуховым одеялом так, чтобы больше никогда не почувствовать одиночество. Можно только постепенно встречаться с тем, что уже живёт внутри. В терапии. В расстановках. В телесной работе. В любом другом подходящем вам виде терапии. Не для того, чтобы больше никогда не чувствовать одиночество. А чтобы сделать с этим что-то хорошее для себя. Чтобы оно хотя бы перестало так пугать. Чтобы сегодняшняя отдельность другого человека не каждый раз превращалась внутри в ту самую катастрофу. Чтобы партнёру постепенно перестала доставаться невозможная задача — спасти нас от того, что произошло задолго до встречи с ним. Есть, конечно, и другой вариант. Можно сто раз выбирать людей, которые будут уходить. Бросать. Исчезать. Предавать. И каждый раз надеяться, что вот в этот раз всё наконец закончится иначе. Тоже вариант. Но лет на двадцать пять.

Одиночество. Страх, что тебя бросят. Беспомощность. Часть 1 Многие из тех, кто уже в отношениях, и многие из тех, кто боится в них пойти, на самом деле тотально боятся одиночества. Боятся, что их бросят, предадут, изменят. Что любимый человек умрёт, уедет, забудет. Подставьте своё. Мы очень много делаем для того, чтобы никогда больше этого не почувствовать. Но парадокс в том, что в той или иной степени мы уже знаем это одиночество. Мы встречаемся с отдельностью очень рано — с момента рождения, когда из маминого животика приходим в этот мир и всё становится иначе. Это могло начаться буквально с первых часов жизни. Вас отнесли в послеродовую палату — и вы уже не в мамином животике. Маме сделали кесарево, она лежит в реанимации, а вы где-то отдельно. Возможно, вы заболели и оказались в больнице, а мамы рядом нет. Нет привычной среды. Нет привычного запаха, звуков, тепла, ритма её тела. Всего того, внутри чего вы до этого существовали. А дальше жизнь продолжается. Мама могла уехать в длительную командировку или на заработки в другую страну. Вас могла растить самая прекрасная, самая любящая бабушка на свете. Но ребёнку всё равно нужна мама. И какое-то время он вообще не понимает, куда она делась и вернётся ли она. Да, папа тоже нужен. Но сегодня про мам. И это совсем не обязательно история про плохих родителей. Родители действительно могут быть какими угодно, в том числе деструктивными. Но даже у очень любящих родителей ребёнок сталкивается с тем, что мама не может быть рядом всегда. Наверное, это один из первых очень сложных опытов человеческой жизни: другой человек существует отдельно от меня. Он может быть рядом — и может уйти.Может любить меня — и быть занят чем-то ещё.Может откликнуться — и может не откликнуться. Я не могу полностью управлять его присутствием. И вот с этим опытом мы потом приходим во взрослые отношения. Продолжение в следующем тексте. http://metodkazanskoy.ru/smelost-lubit

Когда уже можно выдохнуть, но не получается Бывает и такой запрос. Вроде бы всё складывается легко: задачи решаются, деньги приходят, результат уже есть. Но в какой-то момент человек начинает сам усложнять то, что уже получилось. Например, он делает дизайн-проект. Всё идёт хорошо: задачи решаются, заказчик доволен, деньги приходят. А потом вдруг начинается какая-то бесконечная история. То одно нужно переделать, то другое. Появляются новые претензии, требования, согласования. И так без конца. Хотя уже всё утвердили и оплатили. В таких случаях важно понять, что именно запускает этот процесс. Потому что очень часто то, что происходит с нами во взрослой жизни, уже когда-то происходило раньше. Что ломалось в тот момент, когда всё было хорошо? Что происходило после радости, лёгкости, успеха, изобилия? Почему вслед за этим обязательно приходило что-то тяжёлое? И тогда человек как будто снова и снова воспроизводит одну и ту же историю. Когда всё начинает складываться, внутри уже появляется ожидание, что сейчас обязательно что-то пойдёт не так. И система словно возвращает его в привычный процесс, где снова приходится бороться, исправлять, доказывать, выдерживать. Моя задача как расстановщика — найти и разомкнуть этот цикл. Помочь человеку выйти из привычного замкнутого круга в новое место. Туда, куда самостоятельно он попасть не может. Именно там появляется новый опыт — тот, которого у человека раньше никогда не было. И именно за этим люди часто приходят на расстановку. 12 июля в 13:00 — Клиентская группа по системным расстановкам. Москва, Страстной бульвар, 6. 📩 Запись и вопросы: Администратор Ольга МАХ +7 909 656 53 26 #расстановки#психология#расстановкионлайн#системныерасстановки