КИТ: Музыка и Слово 🐳

Когда мы произносим имя Галины Волчек, перед глазами встает образ монументальной фигуры в кресле, женщины с тяжелым взглядом и властным голосом, которая на протяжении полувека держала в руках «Современник»...

Евгений Павлович Леонов. Для миллионов зрителей он навсегда остался добрым и немного наивным Трошкиным из «Джентльменов удачи», трогательным Винни-Пухом с узнаваемым голосом, забавным штукатуром Колей из «Афони» или величественным королём в «Обыкновенном чуде»...

Когда мы смотрим старые советские фильмы, лица актёров кажутся нам абсолютно открытыми. Кажется, что мы знаем о них всё: Сашка Савченко из «Весны на Заречной улице» — это простота и обаяние, а ослепительная графиня из «Двенадцатой ночи» — сама женственность и благородство...

Когда мы слышим фамилию Вицин, перед глазами сразу же возникает щуплый, сутуловатый персонаж с дрожащими руками, мутноватым взглядом и вечно сбивчивой речью. Трус из знаменитой троицы, Хмырь из «Джентльменов...

Есть имена, которые со временем не стираются из памяти, а становятся только ярче. Они превращаются не просто в строчки из энциклопедий, а в легенды, в символы целой эпохи. Для советского, да и для мирового хоккея таким именем навсегда останется Валерий Харламов...

Вы наверняка помните её. Ту самую студентку, спортсменку, комсомолку и, как точно подметил товарищ Саахов, просто красавицу. Помните её звонкий, задорный смех, её искреннее «штрафной изолятор — не санаторий»,...

Есть имена, которые не нужно выискивать в титрах — они сами вросли в нашу память ещё с детства, когда мы даже не задумывались, кто именно сочинил ту самую мелодию. Александр Зацепин — композитор, чью музыку слышал каждый человек на постсоветском пространстве...

Есть города, которые становятся для большого художника не просто точками на гастрольной карте, а мерными вехами судьбы. Для Владимира Высоцкого таким городом мог бы стать, но не стал Свердловск. Или всё-таки...

Декабрь 2014 года. Петербург встречал зиму промозглой сыростью, которая пробирала до костей сильнее любого мороза. Матвей Ветров стоял на кухне столовой «У причала» и смотрел, как жирный серый бульон закипает в пятидесятилитровой кастрюле...

В деревне Ложкино никогда не случалось громких событий. Ну, максимум — корова у кого-то ушла в лес или трактор заглох посреди поля. Но то, что произошло в канун Восьмого марта, всколыхнуло не только Ложкино, но и соседние Зайцево и Голубкино...

Я шла с работы и считала шаги. Примерно от остановки до подъезда их было шестьсот сорок, но сегодня, после смены, когда ноги гудели, а сумка с продуктами впивалась ручками в ладонь, казалось, что все тысяча...

Сергей проснулся от того, что кто-то смотрел на него. Это было странное чувство — физическое, почти осязаемое. Чей-то взгляд касался лица, скользил по щекам, по лбу, по закрытым векам. Теплый, тяжелый, настойчивый взгляд...