Дорофеич

Этот утренний свет за прозрачною шторою Серебрится туманом над тихой водой Заползая за вОрот и это так здорово Что душой я пока что ещё молодой.

Воздух там несвеж. Сернокислый дух Толпы грешников друг за другом Шесть кругов идут. А последний круг Ох тяжёлый он к адским мукам

Меня не надо ни жалеть ни извинять Живу одной весною Ты перед чистоплюем хвост готовая поднять Но не пред мною

Дворы - колодцы. Заблудился я. Нет выхода и входа Лишь солнца слабая струя Светила с небосвода

Мы страну проиграли картёжным ворАм Поделили на части, как дыню Наливай виноградного, друг мой, Байрам Пусть удача нас всех не покинет

Зелёная хандра хуже болезни Навалится на нас и тут хоть тресни Противно всё - и небо и земля Нечёсана тоска, нахмуренная скука

Всё наконец-то произошло! Любовь иногда не терпит... Однако рано утром Рено с Алёшкой и Алёнкой выехало из Москвы, чтобы уже к вечеру оказаться на Крымском мосту. Про дорогу говорить не буду. Алёнка, измученная...

-- Алёнушка, милая! А что ты помнишь о том дне, когда крымчаки угнали твою мать? Кто это был, когда это было и что произошло потом? Алёнка молчала и первым стал говорить Василий. -- Алёша! Все было, как всегда, как и сегодня...

Ночью было жарко в избе и Алёнка часто раскрывалась и в раннем утреннем луче в тусклое окошко он видел многое такое, о чём мечтают молодые парни. Утром, позавтракав и натаскав воды в дом, молодые уселись на Зорьку и отправились в болото, к избушке на курьих ножках...

Вернувшись в своё время, Алексей с радостью обнаружил, что за то время, что он провел в прошлом, в его времени не прошло и минуты. Такое впечатление, что он только здесь был, а двигатель его машины ещё даже не остыл...

-- Ффух! Получилось! Алексей осмотрелся. Алёнки во дворе нет, подошёл к окну домика. А окно-то из слюды, ничего за ним не видно. Осторожно постучал. Послышались быстрые шаги у двери. Алёнка, радостная, обняла Лёшку...