Истории из жизни обычных людей

Теперь Петру часто снились кошмары. Почти каждую ночь он, засыпая, готовился увидеть во сне страшных монстров, раздиравших его на куски, а, просыпаясь, он задыхался и еще несколько минут сидел в постели, тараща глаза в темноту. — Ты мешаешь мне спать, — раздраженно говорила Лена, натягивая на себя одеяло и отворачиваясь к Петру спиной. Порой ему казалось, что все снова стало как прежде. Лена улыбалась, была с ним ласковой и нежной, с радостью готовила для Петра и ложилась с ним в постель. Потом вдруг жена становилась другой, словно ее подменили, и Петру в такие моменты было страшно...

С каждым днем жена становилась все мрачнее. Лена разговаривала с Петром сквозь зубы, грубила ему, а, если грубости в ее словах не было, то на смену ей приходили односложные ответы. — Да что с тобой такое? — Петр не выдержал и взорвался на вторую неделю после начала «холодной войны» с супругой, — что я делаю не так? Почему ты охладела ко мне? Почему злишься? Я не даю тебе поводов. Или даю? Петр не был уверен в том, что он – тот самый идеальный мужчина, о котором могла мечтать такая красивая и умная женщина как Лена...

Петру нравилось наблюдать за тем, как смотрят на его жену сослуживцы, соседские мужчины, простые прохожие. Лена была не просто красива, она была сногсшибательна. Именно так сказал о ней приятель Петра, когда они впервые встретились в магазине, где Лена работала продавцом. — Молодые люди, вы что-то себе подбираете? — участливо поинтересовалась яркая брюнетка и широко улыбнулась. Петр почувствовал, как сердце гулко забилось в груди, ладони сразу же взмокли от волнения, а к горлу подкатил ком. Он не любил своей робости...

Антон был долгожданным и горячо любимым сыном Арины Сергеевны. Он появился на свет, когда его матери было уже за сорок, и родившая ребенка в столь серьезном возрасте женщина делала это не столько для себя, сколько для любимого мужчины. У Арины Сергеевны к тому времени уже была дочь: Полине было почти двадцать лет, она жила отдельно от матери, общалась со своим отцом и с матерью не была близка. Полина знала о неожиданно вспыхнувшей любви своей матери к новому мужчине, за которого Арина вышла замуж спустя семь лет после начала их бурного романа...

Телефонный звонок заставил Арину Сергеевну вздрогнуть от неожиданности. Она как раз собиралась выйти на балкон, чтобы снять постельное белье, рисковавшее намокнуть под дождем, как вдруг этот звонок… — Тетя Арина, это я! — взволнованно кричала в трубку Ниночка – племянница Арины Сергеевны, — слушайте внимательно! Я вам такое расскажу! Ладонь взмокла от волнения, и Арине Сергеевне на минуту показалось, что сердце в груди остановилось. — Говори же, Нина, не томи! — почти заорала Арина Сергеевна, сама была готова швырнуть телефонную трубку с того самого балкона, на который так и не успела выйти...

Примером для Павла всегда был его отец. Уверенный в себе, решительный и толком не умевший любить, он упорно шел по головам, втаптывал чужие чувства в грязь, не обращал внимания на женские слезы и детские страхи. Павел боялся и любил отца одновременно, но, чем больше он узнавал Михаила Федоровича, тем больше он им восхищался. Даже когда отец бросил мать Павла и ушел к женщине помоложе, сын не отказался от общения с отцом. Ну мало ли, что бывает между взрослыми, какое отношение это имеет к его связи...

Павел вышел из кабинета врача и еще несколько минут стоял в коридоре, оглядываясь по сторонам. Мимо проходили люди, лица которых имели разное выражение: кто-то был озадачен, кто-то улыбался, а кое-кто с полным равнодушием шел по своим делам. Павел попытался разобраться в том, что чувствует он сам, но так до конца и не понял, потому что до последнего не мог осознать сказанное врачом. — Если бы вы пришли раньше, — с сожалением в голосе произнес седовласый бородатый мужчина в белом халате, сидевший за столом и внимательно смотревший в монитор, — можно было бы решить вопрос оперативно...

Через восемь месяцев родилась дочка. Здоровая, крепкая, только вот ни на отца, ни на мать не похожая. Рыжая, хотя в роде ни у Юрия, ни у Лиды рыжих отродясь не было. Глаза голубые и почти прозрачные. Назвали девочку Софией, а в семь месяцев малышка уже ходила. В год заговорила, что удивляло и врачей, и родителей. - Ваша девочка опережает всех в своем развитии, - говорили в один голос педиатры, логопеды и психологи. Лида молчала, Юра тоже был поражен, но сомнений в том, что дочь была их родной кровиночкой, не было ни у кого...

Лида и Юра были среднестатистической семейной парой с небольшим стажем. Официально в браке они находились чуть больше двух лет, а до этого встречались еще около года. В общем, банальная такая, ничем не примечательная пара влюбленных, решивших скрепить свои чувства узами брака. Про любовь в последнее время они не говорили, больше обсуждали свою дальнейшую жизнь, жилищные условия и возможное появление у них ребенка. Юра был специалистом в рыбодобывающей отрасли, поэтому, когда ему предложили неплохую должность на Камчатке, он почти не думал. С Лидой они жили в Хабаровском крае, и поэтому паре было не принципиально, какую точку на Дальнем Востоке им предпочесть...

Когда Нине впервые после родов пришлось кормить дочь, она растерялась. Держала в руках корчившийся теплый комочек, а сама хлопала глазами и боролась с желанием бросить младенца и кинуться наутек. — Мать, ты чего? — тут же рядом с Ниной словно из ниоткуда появилась Вера, — давай расчехляйся и корми ребенка. Чего глаза вытаращила? Вера не переставала удивлять Нину своей активностью и жизнелюбием. Из обрывистых рассказов соседки по палате Нина узнала о том, что Вера – мать-одиночка, родившая двоих детей от глубоко женатых мужчин...

Схватки у Нины начались неожиданно. Казалось, что еще только вчера она смотрела на тест на беременность с двумя ярко-красными полосками, как уже пришло время рожать. Ребенок внутри крутился и пинался, боль внизу живота была нестерпимой, а времени, судя по сокращавшейся периодичности схваток, оставалось не так много. — Позвони Володе! — дала мать совет по телефону, но Нина, морщась и хватаясь за свой необъятный живот, только покачала головой. Смысла звонить мужу не было: Володя был на смене, а телефон в такие моменты у него не с собой...

Обида на мать росла и крепла внутри Лизы на протяжении долгих лет. Нужно было потратить массу сил и эмоций, а еще накопить огромное количество комплексов и страхов в ожидании этой встречи. Лидия Михайловна родила Лизу в почти тридцать лет. Дочь была для нее своего рода способом удержать рядом с собой мужчину – женатого и бездетного. Лидия рассчитывала на то, что ее избранник тут же уйдет от законной супруги, узнав о деликатном положении любовницы, она даже рассчитала срок беременности так, чтобы пути назад не было...