Первые деньги

Роды по SUS в Бразилии: мой опыт родов в госпитале повышенного риска Hospital Barão de Lucena Этот пост я пишу, потому что перед родами важно понимать, где ты встретишься со своим малышом, да и информации про Hospital Barão de Lucena я не нашла в чатах. Поэтому здесь — не идеализированная история и не запугивание, а мой реальный опыт, прожитый изнутри, со всеми чувствами и наблюдениями. Именно здесь, в ночь с 7 на 8 января, появился на свет наш сын Адриан 🤍 Первое впечатление — и мой страх Меня привезли в госпиталь вечером 7 января. Это госпиталь высокого риска, сюда направляют уже на финальный этап родоразрешения, когда решение принято и процесс должен быть доведён до конца. И первое впечатление, честно говоря, было тяжёлым. Нас завезли в небольшой закуток у входа — тесное пространство, много людей, суета, постоянное движение. В тот момент внутри всё сжалось. Это было похоже на мой персональный страх: что я буду рожать в самом не пригодном месте на свете, где полная антисанитория... Но очень быстро стало понятно, что это впечатление обманчиво. На самом деле Hospital Barão de Lucena — большой государственный госпиталь с историей и объёмом. Здесь несколько этажей отданы под гинекологию, роды и детскую педиатрию. Это госпиталь, где ежедневно рожают, оперируют, принимают сложные случаи и действительно много работают. Им даже приходиться спать на полу между операциями. Приёмное отделение Сначала нас разместили в общем приёмном покое: ➖ около 20 коек ➖ женщины на разных стадиях родов ➖ кто-то с травмами, кто-то только поступил Там оформляют документы, оценивают риски, распределяют по этажам. Мы провели там примерно час, после чего меня перевели дальше. Родовое отделение Следующий этап — большая общая комната: ➖9–10 коек ➖шторки ➖каждая женщина проживает свой этап Дальше — большое общее родовое пространство: ряды коек, шторки, женщины проживают свои этапы, и по мере продвижения их переводят дальше. Кто-то идёт в активную фазу родов, кто-то — в операционную. У меня было кесарево, поэтому через несколько часов меня увезли на операцию, а затем — в комнату восстановления, где помогли прийти в себя, принесли малыша, показали, как его переодеть, приложить, как с ним быть в первые минуты после операции. После операции После этого меня перевели в послеродовое отделение. Палата рассчитана на четыре мамы: четыре койки, несколько стульев для сопровождающих, на которых можно конечно спать, но на кроватях удобнее и, соответственно, четыре младенца. Окна открыты, вентилятора нет, воздух гуляет постоянно. Людей много, звуков много, и иногда сложно сразу понять, чей ребёнок плачет и где вообще наступит тишина. По протоколу SUS в госпитале необходимо находиться минимум 48 часов, раньше этого срока не выписывают, и к этому важно быть готовой морально. Постоянный контроль Практически каждый час кто-то приходит: ➖измерить давление и температуру ➖проверить швы ➖осмотреть ребёнка ➖помочь с грудным вскармливанием ➖принести лекарства ➖проконтролировать состояние Это одновременно утомляет и даёт сильное чувство безопасности, потому что тебя буквально не оставляют без внимания ни на минуту. Это не формат «зашли — спросили — ушли». К каждому подходят, каждого смотрят, с каждым разговаривают и тратят реальное время. #часть1_обзоргоспиталяSUS

Коммунальные услуги в Бразилии: наш реальный опыт за 4 месяца Уже четыре месяца мы живём в Бразилии, и мне хочется поднять очень простую, но почему-то редко нормально разобранную тему — коммунальные услуги. Когда мы жили в России, этот вопрос тоже был важен, но чаще всего всё ограничивалось фразами из серии «платим столько-то» без объяснений: за что именно, кому, на каких условиях и что тебя ждёт по факту. Поэтому в этом посте я решила подробно и по-человечески рассказать, что и как мы оплачиваем здесь, чтобы у вас было понимание и более реальное представление о жизни. Согласно нашему договору аренды, отдельно мы платим только за электричество и интернет. Все остальное входит в стоимость аренды. Электричество нужно было переоформить на себя в течение 30 дней после подписания договора — это стандартная практика. Компания, с которой у нас заключён контракт, называется Neoenergia. По оформлению всё оказалось довольно просто: мы предоставили договор аренды, CPF, номер телефона — и этого было достаточно, чтобы счёт оформили на нас. Обещали, что будет работать приложение, где можно отслеживать потребление и счета, но, если честно, за всё это время оно так и не заработало. Впрочем, для нас это не критично — главное, чтобы приходили счета и их можно было спокойно оплачивать. До ноября расходы на электричество в среднем составляли 250–300 реалов в месяц — это примерно до 6 000 рублей или около 47–50 долларов. Но вот ноябрьский счёт нас, мягко говоря, удивил: почти 500 реалов. А это уже больше 8 000 рублей или около 100 долларов — и это только за электричество. Конечно, здесь всё логично: в Бразилии началось лето, и кондиционер стал работать почти каждый день. Но момент шока всё равно был. Вова даже всерьёз задумался об экономии: стал реже включать кондиционер, и мы купили вентилятор, который потребляет меньше электроэнергии. Посмотрим, какой придёт счёт за декабрь — тогда уже будет понятнее, насколько это повлияло. Следующая статья расходов — интернет. Его мы тоже оформляли на себя. В нашем кондоминиуме есть свой провайдер, мы просто написали ему, и подключение прошло быстро и без лишних сложностей. Ежемесячно за интернет мы платим 80 реалов — это примерно 1 300 рублей или около 15 долларов. И, по сути, на этом обязательные коммунальные платежи заканчиваются. В декабре мы ещё отдельно решили поблагодарить работников, которые следят за нашим кондоминиумом: убираются, занимаются ремонтом, поддерживают всё в рабочем состоянии. Это не обязательный платёж, а исключительно добровольная история — вопрос личного выбора и отношения. Мы отправили 100 реалов просто как «спасибо» за их труд. Если этот пост помог вам лучше понять, как выглядят коммунальные расходы в Бразилии изнутри, значит, я писала его не зря.

Эти выходные выдались у нас с Вовой неожиданно очень активными — мы проживали тренировочные схватки, собрали сумки, почти поехали в роддом и впервые по-настоящему посмотрели друг на друга с мыслью: «кажется, это может быть уже сегодня». После очередного пятничного осмотра, на который я хожу каждую неделю и на который в этот раз шла уже с внутренним сопротивлением и усталостью, будто что-то внутри меня щёлкнуло — как если бы организм решил: ну раз ты так переживаешь, давай попробуем начать. Но сын оказался упрямым и явно со своим планом. В субботу вечером начались схватки. Сначала я вообще не могла понять, что со мной происходит — тело вело себя непривычно, ощущения накатывали волнами, и это, конечно, сильно пугало. Я пыталась разобраться, гуглила, сравнивала, сомневалась, а Вова в это время собирал сумки, делал мне массаж, грел воду для ног, подготавливал грелку на поясницу и просто был рядом — спокойно, без суеты, как якорь. GPT метался вместе со мной от «похоже, это тренировочные» до «кажется, это уже настоящие, есть интервальность и начинается родовая деятельность», а я ловила себя на том, что совершенно не могу представить, что мой сын родится именно 14 или 15 декабря. Внутри было ощущение: ещё не сейчас. И я просто продолжала наблюдать за собой, слушать тело, дышать и ничего не форсировать. Это состояние длилось около шести часов. Мы вымотались оба — физически и эмоционально — и в какой-то момент просто уснули, потому что я много слышала о том, как важно спать, пока всё неясно и не ушло в активную фазу. Утром стало легче. Схватки отступили. Но внутри осталось чёткое осознание: это может начаться в любой момент. И мы просто перешли в другой режим — стали закрывать важные дела, предупреждать людей, договариваться «на всякий случай», жить так, будто роды уже где-то совсем рядом. Пока я всё ещё беременна. И мы продолжаем жить обычную жизнь. Но я — точно уже не в прежнем состоянии. Я уставшая, внимательная к себе, очень живая и в каком-то новом, глубоком контакте с телом и с тем, что происходит. Похоже, это тот самый период, когда ты ещё здесь — но уже одной ногой по другую сторону.