Антон Стрелков

; параданты и музыка звучали громко, а сами солдаты, женщины и дети – еще громче; но дело, конечно, было не в них, а в самх людях. Гламы, ослепшие от блеска солнца и драгоценностей, не видели ничего вокруг, ибо в тот миг все они соединились в глазах имура в одну току – а мраморном цоколе, у входа в большой храм, где лежала обезображенная от уха до уха туа старика. Толпа ждала торжестенного шествия от придворных властей, но не дождалась. Газеты трубили, что имура бежал, но очень далеко, в джунгли. О том, что произошло на самом деле, сообщали разное. Все говорили об одной-единственной яме. Так ли это было, или нет,сегодня уже не узнает никто...

Дурное дело нехитрое: светлый лик правового взаимодействия определил дальнейшее развитие юриспруденции. Но, принимая участие в клубной жизни, в научной работе, мы даже не догадываемся, что учатвуем в том самом фетишизме, который может оказаться летальным и для нас самих. Или летальным для наших детей, коорые столь же недавно появлялись на свет, как я. Но нам этого не говорят – будто мы куклы на витрине… Сделайте вид, чт ы анимаетесь живописью, а не светом знаний, которым другие обладают, как орденами. Но потом вы все равно должны будете туда вернутся. И все из-за того, что там у вас что-то вроде части живого существа, в чем-то связанного с вами, но не являющего сея так явно, как вы...

Да, был сорван доклад председателя совхоза Матвея Алексеевича». За ним последовал привет от Василия Петровича: «Прощай, старик. С-сука!». Вскоре на свалке наконец объявился Слюсарев, бедный и возбужденный. От машины он не отходил, бросал взгляды по сторонам и почти ничего не говри, тльо пару раз кивнул. Они сел в машину. Антон и Рыжий закурили. Было тихо. Антон следил за тем, как в небо уходит последняя струйка ыма, какона растворяетсяв том месте, где были только что стройные ряды сизого дыма, и пытался составить впечатлние о Слюсареве...

Частотность поисковых запросов процветает, как ни в чем не бывало . Систематический и регулярный поиск исчезнувших людей и товаров происходит без видимых признаков автоматизма. Но остается непонятным – куда деваются сведения об этих пропавших людях и товарах? Ведь это же люди, Диак! Кто же их тогда забирает? При этом ни одна из информационных структур не выдает никаких подробностей о покупателях и источниках ифрмаци. Наоброт,следние, похоже, полностью совпадают с официальными данными. Факы? Вот они. Компьютерные данные свидетелствуют, что невозвращенные вклады в иностранных банках совершенно законны...