Шкатулка Беловодья

Путники с ужасом смотрели на неведомого монстра. Марат медленно, не отрывая взгляда от чудовища, отползал назад. Подбежавшая Аня, охнув, закрыла лицо руками и спряталась за спину Савельева. Нюргун стоял...

Старый, потрёпанный таёжным бездорожьем «УАЗ» стоял, уткнувшись бампером в кусты ольхи, а зелёный «Урал» с коляской, весь покрытый засохшей грязью, замер чуть поодаль, на том же самом месте, где их оставили всего один день назад...

Нюргун сжал камень так сильно, что края его впились в ладонь. Голубое сияние становилось всё ярче и уже окутывало его, словно облаком. Нюргун не просил дороги — он требовал её, а камень Экшери светился и пульсировал всё сильнее и вдруг, выскользнув из рук Нюргуна, упал на землю...

Старый шаман, тяжело вздохнув, взглянул на кровавое небо, мечущиеся по нему огромные чёрные тени и, тяжело опираясь на посох, вернулся в чум. Сев на камалан, он, не мигая, стал глядеть на огонь. Сидящие рядом молчали, изредка поглядывая на него...