Ветеран Труда

Как ни старался Сергей Александрович Чистяков сохранять во время этой беседы самообладание, он всё же не выдержал и сильно смутился от этого вопроса. Настолько, что даже немного покраснел и потому ответил не сразу. В первую очередь у него в голове мелькнула мысль: — «Хранитель или разыгрывает меня, или просто проверяет на вшивость, хочет узнать, как я отреагирую на такую грубую лесть. Господи, знал бы он, как мне хотелось поскорее со всем этим развязаться, а я терпел и, как вол, тянул на себе эту тяжеленную телегу». Однако, ничего подобного говорить он Хранителю не стал и отпив пару глотков лонского...

— Сергей, в первую очередь я хочу сказать, что этот путь не заказан жителям Земли. А ещё я не сказал бы, что он совершенно не связан с наукой. Просто познавать мир и изучать законы, по которым он создан Высшими силами, можно по разному. Путь духовного развития заключается вовсе не в том, чтобы создавать религию и обращаться с молитвами к богу. Те силы, которые мы называем Высшими с большой буквы, как принято говорить у вас, этого просто не заметят. Путь духовного развития начинается с того, что человек первым делом постигает себя, мысленным взором проникает внутрь своей души и начинает черпать...

Сергей вежливо поклонился Хранителю, а про себя коротко хохотнул и мысленно крикнул: — «Благородный Хранитель Аэрх, вы глубоко заблуждается на наш счёт! Может быть мы, земляне, медленно запрягаем, зато потом мы очень быстро едем. Поверьте, не пройдёт и двух десятков лет, как такие умнички, как моя Алёнка, сами найдут ту планету, на которой стоит дворец Совета Развития, и постучат в его двери. Очень требовательно постучат и просто очаруют вас своей непосредственностью». Хотя Сергей и не таращился на Хранителя, он всё же заметил, как у того сработала от его вопля вазомоторика, что выразилось однако только в том, что его губы слегка шевельнулись, а веки раскрылись чуть шире...

Лон Аэрх широко улыбнулся и перед ним, немного правее от кресла, немедленно вырос из пола небольшой столик, на котором стояли две тарелки. Точно такой же столик, только втрое ниже вырос и перед Сергеем. На одной тарелке лежали три небольших продолговатых хлебца, а на другой что-то вроде шашлыка на деревянных шпажках, но на них были нанизаны не кусочки мяса, а какие-то ноздреватые комочки желтоватого цвета с поджаристой корочкой, покрытые крупными разноцветными крупинками, пахнущие осетриной. Учитель, беря в одну руку шпажку, а во вторую хлебец, держа его снизу поднёс блюдо ко рту и сказал Сергею, кивая головой: — Отведай моего угощения, Сергей...

Именно об этом он больше всего и рассказывал на своей пресс-конференции всем людям на планете Земля, о их грядущем духовном прозрении и тех открытиях, которые им теперь предстоит сделать. Чтобы не быть голословным, он показал на своей пресс-конференции как файлы, переданные ему Хранителем Аэрхом, так и несколько эпизодов из их разговора, который продлился тридцать девять часов, но на Земле за это время прошло лишь пять часов. Из большого конференц-зала Сергей и Юля вертолётом отправились прямиком на космодром корпорации «Мясищев». Им нужно было срочно возвращаться на Марс. Уже после старта, лёжа...

Ему в глаза снова ударил яркий свет, но он быстро понял, что солнце уже клонится к закату. Помощник, который перенёс его из Москвы далеко в космос, на орбиту высотой в двести тысяч километров над Землёй, какое-то время ещё светился над его головой, что вызвало в большой толпе журналистов и телеоператоров, стоящих перед аркой, громкие, восхищённые крики. Сергей обвёл их взглядом, широко улыбнулся и громко крикнул: — Друзья мои, я вернулся! Дайте мне всего лишь час, чтобы подготовиться к пресс-конференции и я расскажу о том, где я был, что видел и с кем общался. Ну, а пока что я вам скажу только одно, блокада с Земли снята и теперь для того, чтобы помолодеть, никому не нужно лететь на Марс...