книга Бэздэз (читать)

Одна такая частица весом в невозможных семь единиц глубины стоит сотен капель самой чистой часовой росы — это целая прожитая жизнь, заключённая в крошечном кристалле. Теперь, когда Левша поднялся с глубин Проклятого Поля, эта минувшая жизнь забудется, будто сон к полудню, растает, как томное облако, как многотомный роман в печи. Скоро от него останется только красивый остывающий пепел, но и его в считанные часы разворошит и унесёт ветер внешнего мира. Зато здесь, в частице полевой соли сохранено всё. Первая такая частица, добытая в прошлом году Севастьяной Лисовской, стоила как снаряжённый надёжной командой морской корабль, с трюмом, сытым сокровищами. Следующие частицы, добытые в Проклятом Поле, стоили в разы дороже, а за эту последнюю какой-нибудь престарелый царь не пожалеет и всего своего царства, только бы прожить ещё одну жизнь. Целая жизнь в маленькой блёклой крупице похожей на тельце кровососущиего жучка. Главы книги author.today/...589

В башне сильно пахло раскалённым железом, машинным маслом и электричеством. Сухой жаркий воздух тихо звенел вокруг Машины Цветка. Эта громадина представляла собой нагромождение переплетённого, перекрученного стекла, меди, каучУка и керамики. Наподобие смерча, она расширялась кверху, внизу произрастая из маленькой чёрной коробочки, стоявшей на небольшом столике в центре зала. Из неё выходил один тонкий проводок, раздваивался и поднимался в два керамических куба. Из каждого из них выходили по два более толстых провода, те, в свою очередь, поднимались в другие, более крупные и сложные устройства из металла или керамики, из тех выползали еще более толстые провода, а затем, наверху, они сплетались в мощные кабели. Так, расширяясь и усложняясь, Машина Цветка поднималась вверх, обвиваясь вокруг колонн, прислонясь к стенам, цеплялась за лестницу, повисая на тросах, закреплённых к балкам на потолке. Машина цветка всегда казалась Левше живой. Сейчас, ещё горячая после недавней работы, она скрипела, гудела, шипела, шептала, вздрагивала космами трубок, дышала и только что не жаловалась человеческим голосом. Лютовик иногда назвал Машину Цветка отцом. Он говорил, что старик Яворов убил себя, но машину свою не одолел и по её проводАм и трубам ещё бегают его шестилапые мысли, носят в клювиках и перепрятывают маленькие зёрнышки невоплощенных идей. Главы книгиauthor.today/...5899

Человек, который увидел бы Панну впервые ещё и так близко, поледенел бы и отстранился. Дело в том, что правая щека Панны не заканчивалась привычным образом, а переходила во второе лицо, казавшееся спящим, детским и размытым, как будто видимое сквозь прищур, его чуть прикрывали золотистые прядки и вуаль. Да уж, с непривычки такое зрелище могло здорово напугать, особенно когда второе лицо просыпалось, приоткрывало веко единственного слезливого глаза и печально косилось по сторонам. В день исхода, семь лет назад, Панна, убегая от Пустоты, не выдержала и на краткий миг, на долю секунды оглянулась. Всего лишь краешком глаза она увидела то, что шло следом, и тут же отвернулась. Но осталось другое лицо, и оно до сих пор оглядывается, иногда тихо вздыхает под вуалью и хранит от Панны тайну увиденного. Главы книги author.today/...589

Ванна набралась. Левша выключил воду. Стало тихо. Его правая рука была схвачена громоздким и по виду очень тяжёлым браслетом. Тощая, белая как молоко, кривая спина, вывернутые лопатки, помятая голова на тонкой перекошенной шее, ноги худые и покорёженные — всё тело было изувечено как будто несколькими разными недугами. Впрочем, всё не так уж плохо по сравнению с тем, как он выглядел ещё пару месяцев назад. На самом деле его уродства имели одну причину, и имя ей — Маргарита. Разбитое сердце — не самый лучший спутник для часовщика в Проклятом Поле. Левша забрался в ванну, окунулся с головой и оказался в глухом, ватном пространстве незаконченных воспоминаний: своих, чужих, перемешанных, будто рис с просом. Лица, голоса, сражающиеся под ногами тени, жёлтое платье, сброшенное, как змеиная кожа… нет, это точно не его воспоминание. Лучше было поскорее всплыть, пока не запутался, кому из этого гвалта голосов нужнее дышать воздухом его лёгких. Но Левша не спешил и ждал, стиснув зубы, когда задохнутся чужие и останется только самый тихий голос — его собственный. Главы книги author.today/...5899

Главы книги author.today/...5899 Вскоре почти все сестрицы вернулись. Не понравилось на материке. Конечно, чужое всё и нигде не достать ни цветочной манны, ни румян Реи, а без них, как скоро выяснилось, всё не то… Без волшебной манны жизнь просто течет мимо, как пресная вода. А без реиных румян старость заползает в зеркало, вскарабкивается на шею и начинает свое злое колдовство. Каждое новое утро молодые красивые лица как будто теряют тонкие лепестки, становятся грубее, ангельские черты мутнеют, а на коже раскрываются сальные поры.  При том мужское внимание становится гаже и смелее. Зато женщины больше не расползаются в стороны, шипя от зависти, а принимают за свою, проявляют заботу и заводят душевные беседы. Но как общаться без манны с этими чужими людьми, даже не знавшими, что такое манна. Все эти люди были так некрасивы… Особенно внутри. Лучшие из них — как болотные озера с топкими берегами, комарьем, острыми корягами под лаковой гладью стоячей воды и сомом-людоедом на дне. Худшие похожи на ползущий с горы грязевой сель, из которого торчат обломки домов, вырванные с корнем деревья и конечности перемолотых встречных... Но и в Василькове к тому времени с манной становилось все хуже, и сестрицы нервничали, как газели у последней пересыхающей лужи.

Даже смотреть в Проклятое Поле опасно  - сойдешь с ума, или станешь уродом от страха. Только кислотники способны погружаться в его глубины и добывать со дна “росу” — драгоценное химическое существо. Из “полевой росы” производят “расширители”, они наделяют человека временным совершенством. Из нее варят молодильные зелья для богатых господ и их подруг. Говорят,  что из росы можно приготовить даже эликсир новой жизни. Главный герой истории Левша — мастер добычи полевой росы. Рождественским утром он возвращается из глубокого погружения с богатой добычей и узнает, что его наставница в полевом искусстве Лисовская превратилась в живую куклу и убивает людей, что за его голову назначена награда, а кровожадный магнат Сцилла готовит свадьбу с его  возлюбленной Маргаритой. Бежать из города с добычей и начать новую жизнь, или пойти на смертельный риск и похитить невесту из под венца? Тем временем город окружает “сырая метель” и кошмары Проклятого Поля захватывают души горожан. Главы книги: author.today/...5899