Светлана Леонтьева

БОГАТЫРСКАЯ АТЛАНТИДА. БЫЛИНА ВСТУПЛЕНИЕ Вернись, я ещё помню твои звучные точки-тире, вернись из Афгана, Чечни, Великой Отечественной, вернись, мой десантник, с тобою за ВДВ мы, не чокаясь, выпьем. Клади свои руки на плечи мне. У шершавых ладоней мозоли, где пальцы в курок упирались. О, как мне не помнить, не знать твою вечность? И теперь криком мне разжимать обескровленный рот, сколько б ни было лет, ты вернись, ранен ли, покалечен. Хоть во сне покажись, пусть античном, где шёлк Эвридик, шерстобитная пряжа времён путеводных и чистых...

Свет-Машеньке Ватутиной Работайте, братья, поэты, зачтётся всем. кому-то окна распахнутые, что Питер-град, кому-то Марины Цветаевой в ЦДЛ найдётся место работы – посуду сбирать. Мария, товарищ Мария, работа сия не трель соловья. И чем выше твоя голова, тем небо сильнее, тем солнцем больнее сиять и жарко сбирать в сердце раненные слова. И в списке (о, сколько их списков в миру нашем есть!), и в списке запретном, куда вам с семьёй выезжать, и всем до седьмого колена: сын, тётушка, мать сидеть теперь дома...

ПАСХАЛЬНЫЙ, ВЕРБНЫЙ КОСМОС МОЙ Седмица длится всегда. В ней – семидневной – весь мир, как в космосе. Каждый день – век. Но все семь дней перемешались между собой – в понедельнике воскресенье, во вторнике четверг, в пятнице понедельник. И снова воскресенье. Оно может повторяться каждый год. Как весна. Ибо не подвластно, ибо – родина. Что может быть бескорыстней и открытей, чем родина? Земля – родина! И звезды над ней, и птицы ея, и природа! И последние часы – они же первые, и толпы народа в сумятице и страхе...

2022 ГОД. ПОСЛЕ зачатия *** Мы зачатые здесь в материнских утробах плоть от плоти земли на пуховых постелях. Как атланты, зачали нас женщины, чтобы мы по образу были, подобию были всецело. Когда смерть госпожою хохочет в лицо нам, да, мы смертны, слабы, но бессмертны коль надо, это мы про Нирвану поём и про Цоя, это мы Китеж-градом бываем громадны. Дай мне меч, чтоб за Русь я сражалась, как дед мой, дай мне крылья, чтоб белой голубкой взлететь мне. Погляди, я зачатая, но не от ветра, от родного отца. За него умереть мне. Да, как много, зачатых нас, но нерождённых, да, как много нас мёртвых, но боеспособных...

От Рождества до Крещенья. СТИХИ. СВЕтлана Леонтьева В НОЧЬ С 18 НА 19 ЯНВАРЯ 2022 С головою! Нет, хотя б по грудь, хотя б по шею окунуться в прорубь. Вниз – подмостки, мне с того не страшно – заболею. мне с того не страшно – следенею, примерзают пятки остро, жёстко! Ко родной земле, что в снеге, в буре, колтыши, да ямы, сгустки, наледь. Вот и мы в Крещение шагнули! Как же мне по грудь войти реально? Рядом женщина идёт. О, сколько складок у неё на коже. Ей не страшно. Я иду – на мне одна рубашка, бабка вышивала: там с десяток лепестков, цветков, котят, щеняток, птиц-хохлаток...

*** Ледяная да медная, волчья моя! Ты же знаешь, как этих младенцев растить. Мы, как Ромул и Рем, что вцепились в соски, не родные тебе, не от птиц, от зверья. Но волчицы мой серенький, волчий твой вой колыбельною песнею был нам живой до судьбы, до любви, до житья лабиринт: мне понятен твой сверх материнский инстинкт. Я бы тоже хватала волчицы соски, чтобы выжить, чтоб Рим, как он есть, основать: камня вязь, стены, башни, мосты у реки, цепи, палубы и крепко свитый канат. О, какой у меня был звериный бы стон с молоком, что в меня пропитался бы, втёк! Через горло, гортань, что в меня вознесён...

*** У меня есть собака, а точнее есть пёс, я его целовала в чёрный плюшевый нос. Убегал, непослушный, срывался с цепи, Лаял так: прямо душу выворачивал! - Спи! Чёрный, гневный, лохматый, ел он всё – даже хлеб с майонезом. Дай лапу! Он давал сразу две! …вот лежу я в сугробе. В белой шубе лежу. Вою: «Боженька, дай мне пережить эту жуть…» Ну, достали, достали…не могу…столько лет… Из меня вырастали – из больной, как скелет, эти травы из стали, так Голгофа растёт, из меня вырастали солнце и неба свод...