Mary

— Чужая ты, Надя. Чужая — и всё тут. Что ни сделаешь — не так, что ни скажешь — не эдак. Думаешь, я не вижу, как ты глазами водишь по квартире? Считаешь всё твое, да? Так вот — не твоё это. Никогда твоим не было и не будет...

— Кирилл, эта твоя нищебродка опять что-то мутит. Я же вижу, вижу! Сколько лет я проработала в отделе кадров, насквозь таких вижу. Ни лица ни кожи, зато нос дерёт — не достанешь. Кто она вообще такая?...

— Нет, ну ты посмотри на неё! — голос Фаины Юрьевны влетел в трубку раньше, чем она успела поздороваться с братом. — Притащилась в нашу семью без ничего, а теперь сидит на деньгах, как жаба на болоте....

— Денисочка, солнышко, ты хоть понимаешь, что я вижу всё насквозь? — Тамара Эдуардовна устроилась поудобнее на диване, поправила цепочку на шее и посмотрела на сына таким взглядом, каким смотрят на маленьких, ещё не понимающих жизни детей...