Mary
Машина принадлежит мне! С какого перепуга я должен возить твою маму на дачу каждые выходные? — отрезала жена
— Павел! Ты где там застрял? Нас ждут! Голос свекрови пробился сквозь дверь с такой силой, словно та была картонной. Ольга Николаевна стояла в коридоре и, судя по звуку, уже нетерпеливо постукивала каблуком по плитке...
Твоя мать украла мои сбережения! — врал зять на кухне. Истина вскрылась, когда я нашла его заначку в старом авто
— Слышишь, нет?! Пропали деньги! Сто пятьдесят тысяч — как в воду! Антон стоял посреди кухни, и вид у него был такой, будто он только что обнаружил, что Земля плоская. Глаза выпучены, руки в стороны, голос — на весь подъезд...
Колхозница! Ты позоришь нашу семью своим видом! — шипела свекровь. Я позорила — пока не купила то пальто, о котором она мечтала всю жизнь
— Нет, ты посмотри на себя! Это что такое вообще?! Ты в магазин так ходишь?! В автобусе тебе не стыдно в таком виде ехать?! Маргарита Петровна стояла посреди своей гостиной и смотрела на Соню так, словно та явилась прямо с грядки — в резиновых сапогах и с лопатой...
На юбилее мама объявит, что мы переезжаем в её дом — я давно обещал ей это! — сказал муж как ни в чём не бывало, застёгивая пиджак
— Слушай, ты вот сидишь, красишься целый час, а в голове пусто, — бросил Феликс, не оборачиваясь. — Хоть бы мама твоя научила тебя поторапливаться. Хотя от неё чему научишься... Олеся опустила тушь. Медленно...
Все деликатесы со стола убери, это для родни из деревни! — прикрикнула свекровь на семейном обеде и всё спрятала в холодильник
— Невестушка, ты хоть понимаешь, что ты вообще за человек?! Ни стыда, ни совести! Притащила в дом своё барахло и думаешь, что умнее всех! Авдотья Сергеевна стояла посреди кухни в Инниной квартире и смотрела на невестку так, словно та была случайным пятном на светлом ламинате...

