Аналитический центр Школы Геополитики

Идея трёхсторонней встречи президентов России и США — Владимира Путина и Дональда Трампа — и главаря киевского режима Зеленского снова появилась в информационном пространстве. На этот раз, по данным СМИ, её привёз в Москву директор ЦРУ Джон Рэтклифф во время тайного визита 25 августа. На первый взгляд всё выглядит просто: собрать всех за одним столом, включить телекамеры и объявить миру, что дипломатия наконец заработала. Но именно такая логика и является ошибочной. Наша позиция сформулирована иначе, как не раз говорил президент Путин...

В исторической политике важны не только факты, но и порядок, в котором их предъявляют читателю. Можно показать всю цепь событий, а можно вырвать из неё один документ и объявить его началом всех бед. Именно это, на мой взгляд, происходит с соглашением, подписанным в Москве 23 августа 1939 года. На Западе его чаще называют «пактом Молотова — Риббентропа», в официальном русском тексте оно называется Договором о ненападении между Германией и Советским Союзом. Но начинать спор только со слова «пакт» было бы слишком просто...

Сделка предполагает свободное согласие сторон. Но как назвать соглашение, которое появляется после захвата главы государства, нефтяной блокады и перехода денежных потоков под контроль другой страны? Дональд Трамп называет происходящее «крупнейшей нефтяной сделкой в мировой истории». По его словам, США получили мажоритарный контроль над разработкой более чем 65 миллиардов баррелей доказанных запасов венесуэльской нефти — причём без расходов для американских налогоплательщиков. Формально Каракас тоже говорит о соглашении, инвестициях и будущих налогах...

Политические обещания иногда живут дольше государств. Но обещанию киевского режима понадобилось всего сорок дней, чтобы превратиться в собственную противоположность. В конце июня Зеленский утвердил для своих спецслужб «сорокадневную операцию воздействия на Россию»...