морковка

Несмотря на то, что Су Цин был молод, он был на несколько лет старше Фан Чжэнчжи. Они оба чиновники четвертого ранга, но Су Цин был на более сильной позиции. Не важно что... Но было странно, что Фан Чжэнчжи сказал что-то подобное. Однако, Фан Чжэнчжи сделал это. Более того, он сказал это так спокойно и ровно. Если бы не его юность, чиновники подумали бы, что старший воспитывал своего младшего. Су Цин ничего не сказал. Он знал, что, если он это сделает, то он начнёт ругаться и проклинать. У него была сверхчеловеческая терпимость, но у него был предел. Су Цин может терпеть долго, но он вот-вот взорвётся...

У Фэн не думал, что Фан Чжэнчжи был слабым. Прежде чем он узнал, что Наньгун Хао будет участвовать или до того, как увидел Наньгун Хао «Дао Сердца Природы» ... Он всегда думал о Фан Чжэнчжи как о своем крупнейшем конкуренте. Особенно на теоретическом экзамене. Любого, кто мог написать шесть работ за четыре часа, нельзя недооценивать У Фэн пробовал это раньше, и максимум он мог написать две работы. Шесть работ ... Единственный способ описать его - «монстр». Тем не менее, он посчитал себя и Фан Чжэнчжи и простым кормом. Дело не в том, что Фан Чжэнчжи был слабым, просто Наньгун Хао был слишком сильным! Фан Чжэнчжи этого не заметил...

Когда все услышали имя Наньгун Хао, их выражения изменились, и все они почти мгновенно замолчали. «Наньгун Хао ... участвует в дворцовых экзаменах?» «Если Наньгун Хао будет участвовать, тогда это будет очень сложно. Даже если Фан Чжэнчжи сильный, я сомневаюсь, что он сможет победить Наньгун Хао?» «Эйш ... было бы хорошо, если бы он смог занять достойное место, почему он должен победить Наньгун Хао?» «Это правда» Несмотря на то, что участие Наньгун Хао в экзамене не было секретом в столице, некоторые из тех, кто находился на окраинах, еще не слышали эти новости. Четыре года назад он уже стал лучшим талантом своего поколения...

Император Линь Мубай ласково изучал группу кандидатов ласково. Он был молодым Императором. Если бы не тот факт, что он был на троне, он бы выглядел как кандидат. «Управлять страной, поддерживать мир в вассальных государствах, управлять миром - это цели императора. Несмотря на то, что я могущественный, мне нужны люди, способные помочь мне в достижении этих целей. Я искал талант со всех уголках империи. Поскольку талантов недостаточно, я использовал этот двухгодичный дворцовый экзамен, чтобы найти лучшие таланты!» Император Линь Мубай сделал паузу, его выражение изменилось. Его «депрессия» возникла из-за отсутствия талантов...

В этот момент весь мир полностью замолчал, как будто время остановилось. Только мягкий ветер на берегу Реки Доверия продолжал слегка дуть. В то же время перед глазами юноши появилось лицо неимоверной красоты. В древние времена были красавицы, которые затмевали луну и были краше цветов. Тем не менее, Юнь Цину не отставала от них. Длинные изогнутые брови, яркие зрачки, белоснежная кожа и красноватые тонкие губы – необыкновенный пейзаж. Кроме того, в этот момент, это лицо неимоверной красоты, находилось в состоянии полного шока. Ее тонкие губы были слегка раскрыты, а в глазах было непонимание. Не...

В графстве Хуай Ань, в Провинции Северной Реки Доверия, поток разбивает этот древний город на север и юг и в то же время создаёт путь для водного транспорта, в результате чего этот город стал важным деловым и коммерческим районом в Северной Пустыне. Солнце ярко сияло, и дул прохладный ветерок. На Реке Доверия несколько прогулочных лодок плыли по направлению ветра, посылая шелковистую рябь по поверхности реки. До экзамена по Закону Дао, который проходит раз в два года, всего три дня. Провинция Реки Доверия установила место для экзамена в графстве Хуай Ань и собрала талантливых ученых и прекрасных дам со всех сторон, которые собирались на берегу Реки Доверия...

Под командованием генерала Ли было более ста тысяч человек, он был похож на сильного генерала на жестоких полях сражений. Глава Деревни Мэн Бай заикался, этого было достаточно, чтобы понять, что он лжет, не говоря уже о странном тоне. Закричав, он спрыгнул с жеребца и встал перед Главой Деревни Мэн Байем. Меч, пылающий ледяным блеском, мгновенно очутился на шее Главы Деревни. «Ах!» От внезапного изменения ситуации все жители деревни резко закричали. Но никто не решался пошевелиться. «Генерал ... Генерал Ли, пожалуйста, пощадите мою жизнь!» Глава Деревни Мэн Бай дрожал от страха. Чувствуя холодный...

Голос юноши не был громким, но пихающаяся толпа мгновенно удивилась. Они почувствовали, как будто что-то встало поперек горла. «Внутреннее качество?!» «Завоевать ее благосклонность?» Их цель раскрыли перед всеми, кроме того, это было перед лицом красивой женщины, которая могла разрушить целую нацию. Было ощущение, что их хватили за горло! Но поведение юноши успокоило их, потому что, среди всех тот, у кого нет внутреннего качества – это он. Более того… Самое главное: «шары ... шары!», в чем смысл этого? Мг бы он хотя бы процитировать какую-то классику? Или остановить толпу своими силами и мощью?...

Когда Фан Чжэнчжи задал вопрос, Чжан Янпин и остальная часть охотничьего отряда внезапно успокоились. Они переглянулись. Чжан Янпин посмотрел на Фан Чжэнчжи, дёрнув ртом. Несколько раз он хотел сказать, но все же промолчал. Фан Чжэнчжи знал, что на этот вопрос будет сложно ответить, но, если он не узнает правду, он определенно будет недоволен. Но он не торопил их. Потому что он знал, что, если он заставит Чжан Янпина и охотничий отряд ответить, вероятно, они соврут. Они должны были по-настоящему желать этого. Несколько членов отряда, видя, что и Чжан Янпин, и Фан Чжэнчжи молчали, начали снимать кожу с Синего Огненного Волка...

Поездка с горсткой дипломатов по ночному городу была закончена, не слишком героически для каина, и тем не менее, именно ему приписали главную заслугу – он предотвратил кровопролитие и выступил в роли дипломата, остановив разрастающийся кризис. Тем временем я вместе с Доналли вернулся в расположение своего полка, увидев на улице патрульный лендрайдер, который стоял поперёк улицы, смотря на толпу дебилов с измазанными лицами, своей лазпушкой. Желающих лезть под её огонь не было, поэтому лазпушка держала на почтительном удалении плотную толпу антиимперски-настроенных гражданских. Судя по трупам,...

На верхней части башни тьмы спорили две сестры. Младшая Рин и средняя Лиза. Роза, почитывая книгу, решила не входить в очередной бессмысленный конфликт до тех пор, пока брань не перерастет в битву. Ведь, сколько бы раз не повторяла Рин, что Повелитель придет, она всегда, настояла на своем. - Сестра, как думаешь, он придёт? - взволнованно проговорила Рин, любительница превращать людские тела, в нечто необычное, добавить лишние руки, ноги, органы. Но самое любимое её занятие: показывать жертве свои сувениры и талант разрывать жертв; создавать новых гибридов и мутантов, или творить живописные статуи из плоти и крови...

Ночь серого братства закончилась, и письмо порученное Холеву, так и не дошло до генерала. Но всему приходит время. Утром следующего дня Гектор получил послание от серого плаща, которое его разозлило - "Чертов ленивец, да будь ты проклят, и медленно разорван на тысячи маленьких частей!" Теперь сердце юного дворянина заполнилось, тревогой и страхом за свою дальнейшую жизнь. Внешний вид удручал: лицо побледнело, кожа на спине и руках похолодела. Рвота победила, и потому, Холев скрылся в импровизированной бетонной коробке освещённой камнем света. "Что, он сделает со мной, ведь я провинился за эту неделю три раза...