helter skelter-

— Тебе надо выбрать тропу, ведущую на восток, — сказал лесник. Он пешком шел впереди по лесной стежке, а Захариэль на боевом коне следовал за ним. — Будешь ехать, пока не доберешься до маленькой поляны, сразу за деревом, в которое ударила молния. Оно обгорело, и ствол расщепился на две части ровно посередине, так что не пропустишь. Вот туда и направлялась пропавшая группа. Конечно, они, скорее всего, так и не дошли до поляны, иначе мы бы уже здесь смогли отыскать их следы. Лесника звали Нарел. Захариэля с ним познакомил лорд Домиэль, правитель Эндриаго, и вскоре после этого они уже миновали расколотые и укрепленные баррикадами ворота, покидая объятый ужасом город...

«Война ужасающе красива, — писал на страницах своих „Созерцаний“ рыцарь, поэт и философ Ауреас. — Она в равной мере захватывает и страшит. Человек, однажды заглянувший в лицо войны, никогда ее не забудет. Война оставляет в наших душах неизгладимый шрам». За время обучения Захариэль не раз слышал эти слова. У его наставника, мастера Рамиэля, это изречение было одним из любимых. Старик в своих стараниях превратить группу претендентов из зеленых юнцов в рыцарей ежедневно повторял по памяти эти короткие и емкие фразы. Цитаты стали такой же неотъемлемой частью тренировок, как стрельба по мишеням из пистолетов или учебные поединки на мечах...

Было еще совсем темно. Захариэль открыл глаза за мгновение до того, как за ним пришли люди лорда Символа. Он окончательно проснулся, ощутив, как чья-то рука зажала ему рот. Его стащили с кровати, накинули на голову капюшон, а руки связали за спиной. Так, вслепую, его протащили по нескольким коридорам. Когда похитители остановились, Захариэль услышал, что один из них трижды постучал. Открылась дверь, и его втолкнули внутрь. — Кого вы нам привели? — донесся из темноты голос. — Странника, — произнес рядом с ним лорд Символ. — Его привели связанным и с закрытыми глазами. Он ищет вход. — Подведите его ближе, — приказал первый голос...

Начало было положено задолго до появления Императора на нашей планете, задолго до того, как возникли первые разговоры об ангелах. Тогда Калибан был совсем другим. Мы ничего не знали ни об Империуме, ни о Великом Крестовом Походе. Терра казалась нам мифом; нет, даже не так. Терра была воспоминанием о мифическом призраке, оставленным нашими давно умершими праотцами. Она превратилась в эфемерное и полузабытое понятие, не имеющее к нашей жизни никакого отношения. То было время Древней Ночи. Бури в варпе лишили людей возможности путешествовать между звездами, и каждому населенному человеческой расой миру приходилось выживать в одиночку...