Люд_мила

Вечер опускался на город медленно, будто нехотя, цепляясь за крыши домов серыми полосами сумерек. В квартире на восьмом этаже было тихо — слишком тихо для места, где ещё недавно звенел смех, спорили о пустяках и вместе мечтали о чём-то большом. Сейчас тишина стала тяжёлой, осязаемой, она ложилась на плечи, давила на грудь, заставляла дышать мелко и осторожно. Алёна стояла у окна, глядя вниз, где редкие прохожие спешили по своим делам, пряча носы в воротники, спасаясь от промозглого ветра. В руках она держала чашку остывшего чая, но не пила — просто грела пальцы о тёплую керамику...

Кабинет директора галереи «Горизонт» был обставлен с нарочитой изысканностью: тёмное дерево, стекло, минималистичные светильники, на стене — пара абстрактных полотен, которые, по слухам, стоили как квартира в центре города. За массивным столом сидел Игорь Сергеевич, мужчина лет пятидесяти, с идеально уложенными волосами и привычкой смотреть на собеседников чуть сверху вниз. Перед ним, на специальной подставке, лежала картина — «Рассвет над рекой», работа, которую галерея собиралась выставить как открытие сезона и главный лот частного аукциона...

Светлана стояла у окна гостиной, рассеянно водя пальцем по холодному стеклу. За окном моросил мелкий осенний дождь, размывая очертания старого парка, который когда-то казался ей волшебным, а теперь выглядел уныло и немного зловеще. В доме пахло дорогим парфюмом будущей свекрови — тяжёлым, пряным, будто специально созданным, чтобы подавлять всё вокруг. В последние месяцы этот запах стал для Светланы почти невыносимым. Как и постоянные взгляды, которыми свекровь — Ирина Петровна — словно оценивала её, будто пыталась найти изъян...

Марина стояла посреди прихожей, сжимая в пальцах ключи от квартиры, и смотрела, как свекровь, Лидия Петровна, с нарочитой тяжестью заносит в дверной проём чемодан. Чемодан был старый, кожаный, с потёртыми углами — тот самый, с которым Лидия Петровна когда-то ездила к сестре в Сочи ещё в девяностые. И от этого контраста — старого чемодана и новой, только что оформленной квартиры — всё происходящее казалось Марине какой-то нелепой сценой из плохого спектакля. — Думаешь, наследство получила и командирша...