АННА И

Поселок Сурино раскинулся на берегу небольшой речушки. В Сурино все знали всё обо всех. Знали, кто сколько земли засеял, у кого корова отелилась, чей сын запил, а чья дочь загуляла. Новости разносились моментально, обрастая подробностями и домыслами, как снежный ком, катящийся с горы...

Деревня наша называлась Островское. Не потому, что стояла на острове, а потому что церковь когда-то была на холме, и весной, когда разливалась река, холм этот действительно становился островом. Церковь сломали ещё до моего рождения, но название осталось...

Надя сидела на табурете в комнате, глядя на свои руки. Руки были грубые, красные, с короткими пальцами, с обкусанными ногтями, с мозолями на ладонях. Не то что у Наташи — тонкие, белые, музыкальные, с длинными пальцами, которые порхали над клавишами пианино, будто бабочки над цветами...