За прилавком магазина

Ле-Туке-Пари-Пляж или просто Туке- город тихий и неприметный на первый взгляд, но только на первый, потому что настоящая роскошь, она именно такая, неброская и неприметная. В небольшом, всего четыре тысячи человек, городке любят отдыхать коммерсанты, промышленники, финансисты, представители делового мира Парижа. Здесь живут династиями, редко кого допуская в свой избранный круг. Хотите увидеть буржуазную и немного консервативную Францию, вам сюда. Не верьте витринам новомодных магазинов, здесь любят и чтут традиции и не любят расставаться с прошлым...

Нико и Мари всегда приходят вместе. Они удивительно похожи друг на друга громоздкими неуклюжими фигурами, маленькими, глубоко посаженными глазами, длинными, почему-то всегда сальными и никогда не уложенными волосами. Мари одета как добропорядочная французская старушка, в неброском, чуть поблекшем от времени, давно уже не новом цветастом платье, и мягком уютном жакете, с вечной сумкой-тележкой для продуктов: они приходят к нам в день покупок. Нико всегда носит футболки с изображениями рок-музыкантов...

Чемоданчик был аккуртно уложен под потолок на скрипучем, темно-вишневого цвета потрескавшемся шифоньере, который кряхтел как старый дед, когда открывали дверцу, чтоб достать туго накрахмаленную и насинённую наволочку или простыню из аккуртной стопки отглаженного и уложенного белья. Чемоданчик был туго защелкнут весь год, лишь ранней весной и бархатной осенью его спускали вниз, выносили во двор проветривать под лучами солнца. Дважды в год он открывался, звонко щелкнув замками и выставляя на обозрение...

Этот покупатель немногословен и серьезен. Весь такой большой, немного неуклюжий, неловко выкладывающий покупки на кассу. Есть такие люди, будто выпавшие из прошлого, вот как этот покупатель. Кажется, переодень его из джинсов и толстовки в богатырскую бронь, будет вылитый Илья Муромец, только без бороды. Коня да меча не хватает, но видно по рукам, что привыкли к тяжелому труду, мозолистые, грубые, и одежда рабочая, спецовка как у ремонтников, жесткая серая джинсовка и много карманов, куда можно всякие инструменты разложить...

Помните сцену в «Мимино», когда Валико, оставшись без денег, спрашивает, сколько стоят кофе и чай, потом просит чай, потому у него одна монетка в 10 копеек. Берет чай в 6 копеек и не забытым еще жестом расточительного мужчины хочет оставить 4 копейки: - Сдачи не надо! Вот мне сегодня так хотели оставить мелочь, а на самого без слез не взглянуть. По-французски не говорит, под маской только по одному слову «сигарет» не особо разобрать какой акцент, с какой стороны его сюда занесло. Кожа задубевшая, почти смуглая, хотя видно, что человек он светлокожий...