Лингвистика для олимпиад и профильныx школ

Всем привет! Сегодня на повестке дня слово, которое прочно окопалась в русском языке и на всех картах городов. Речь о «гарнизоне». Если вы думаете, что у этого слова суровая военная биография с самого рождения, то вы… почти правы. Но его «военкоматом» был не какой-нибудь устав, а самая что ни на есть мирная кухня. Да-да, вы не ослышались. Наше слово — типичный «контрактник», прибывший в русский язык в бурную Петровскую эпоху. Но до этого оно отслужило в нескольких иностранных легионах: 1. Исходная точка — старофранцузский...

Внимание, пассажиры! Гласная «о» в слове «долгий» покидает наш поезд на станции «Праславянский». Следующая остановка – «Прото-италийские дебри», время стоянки – несколько тысячелетий. Дамы и господа, филологи и просто сочувствующие! Зашнуруйте свои берцы, мы идём в глубины. Не в глубины смыслов, а в глубины долготы. Да-да, сегодня наш пациент – слово «долгий». Тот, который не бывает коротким. И у которого, как выясняется, очень-очень долгая история. Всё началось там, где начинается всё интересное в наших краях – в гипотетическом праиндоевропейском баре «У Долгого Шипса»...

Привет, любители покопаться не только в словах, но и в их подноготной! Сегодня на нашем операционном столе — объект, который есть у каждого (кроме русалок, но у них своя лингвистика). СТОПА. Казалось бы, что тут изучать? Часть ноги, иногда пахнет. Ан нет! Это слово — настоящий мастер перевоплощений, этакий актёр, который успел поработать и в анатомии, и в метрической системе, и в поэзии, и даже в философии. Всё начиналось просто. Стопа — это та штуковина ниже голени, на которой стоят 26 костей, куча связок и ваша самооценка после просмотра цен на кроссовки...

Сегодня день памяти великого лингвиста. Знакомьтесь, Антуан Мейе. Если бы сравнительно-историческое языкознание было крутым детективным агентством, то он был бы его бессменным шефом, который знает все тайные ходы, связи и может по одному слову восстановить картину тысячелетней давности. Это человек, который не просто изучал языки, а видел в них отпечаток целых обществ. Он был уверен: чтобы понять, почему слово изменилось, нужно смотреть не в психологию отдельного человека, а в историю целого народа...