Андрей Малажский

Историки ведают, что жил в Темные века в Испании человек, который пришел из "ниоткуда" и занял вестготский трон, а потом также исчез в "никуда".  Рассказывая о его деяниях, смерти и происхождении древнии...

Порицание Ария на Никейском соборе Император Константин проснулся в холодном поту. Странный сон озадачил и напугал его: "На пригорок, колонной по двое восходит пехотный манипул отроков...без доспехов, но в алых повязках на шеях...

Великий инквизитор Франциско Хименес де Сиснерос устал: его глаза уже не радовали блеск короны архиепископа и каппа примаса; его слух уже не тешили стоны, доносящиеся из пыточных казематов; старые косточки не согревал жар костров аутодафе: он плохо спал, ведь каждую ночь его стали посещать кошмары... Единственное, о чем мечтал инквизитор, это тихим вечером сесть в мягкое кресло с резными подлокотниками у ворчащего камина, поставить разутые ноги на персидский ковер, и неспешно потягивая любимое красное вино, наблюдать за игрой в куклы шестилетней внучатой племянницы Изабеллы ...

Я -- петух. Да неет, в "тех самых" местах был смотрящим по хате, а петух я настоящий...пернатый, с клювом и шпорами -- все как положено. Случилось мне попасть в ощип. Та стерва-курва раздела меня до нитки, перьями подушку набила, а меня, в чем мать родила, в кастрюлю с щами забросила. Так всегда: если крутой парень попадает в крупную переделку, то "ищите женщину". Сижу, значица, в кастрюле, продрогшие косточки грею, гляжу -- плывет...шмат сельдерея. Говорю шершеляфаме: -- Выпить чтоли принеси, вона -- закуска плавает, а дерябнуть нечего. А она, сучка драная, каак подмигнет игриво, кааак шелковую комбинашку сбросит...

Единственной достопримечательностью "Клещевки" был широкий торговый тракт, который пронизывал деревню насквозь, и вел "оттУда" до "тудА". Некогда, жители "Клещевки" знали точнее, но запамятовали за ненадобностью. Одно они помнили наверняка: по пути "Туда", находилась "Сосновка", где проводили весенние яркарки, а в стороне "Оттуда", сидел дед Пафнутий и носики к чайникам припаивал. По тракту, денно и нощно шлялись незнакомцы по различным надобностям. Одно время, деревенские интересовались у пришлых: "на кой и куда путь держат?", любопытствовали также о содержимом поклажи, на что путники, немало раздражаясь, отвечали примерно так: -- За поворотом лесную опушку знаешь? Знаешь...

Его кулак сминал челюсти супостатов, точно они были слеплены из воска. Он не знал поражений, но, человеческая зависть бросила Прохора в каменный колодец, а людская жадность принялась зарабатывать на его силе деньги, подставляя под его молотоподобные удары новых и новых соперников...из числа заключенных. Однажды, против Прохора вывели тщедушного старика, точно агнца на заклание мяснику. Толпа у края колодца, предвкушая скорую расправу завывала на все лады. Случилось неожиданное: смертоносный кулак Прохора разжался в ладонь, которая приложилась к богатырской груди -- Прохор поклонился старцу, и отошел к стене колодца...

Выходит из стен университета Прокоп,  красным дипломом мух от довольной рожи отгоняет. Его встречает брат Закоп: -- Здаров Прокоп, умным стал? -- А тож! И свободным... -- Как так? -- удивился Закоп. -- Дык, в универе доказали, что меня нет. Словами мудреными так зубы заговорили, что пришлось согласиться. -- И что теперь делать будешь? -- растерялся Закоп. -- Как что? Книжки писать. Давече все за меня писали, а теперича я и сам про себя умею. -- Чур, я за редактора! -- обрадовался Закоп, и позвал брата в пивнушку: нетленное чтиво на все времена готовить... Сели братья в харчевню, пиво пьют, да бессмертный...

Сидел Федор-плотник в мастерской, ложки из ореховой древесины вырезал. Сладил одну -- корявую, брезгливо бросил ее в ящик с неудачными поделками, и сам себе сказал: -- Лешему подстать, пущай он ею и орудует. Сделал вторую ложку, получше первой, но тоже неказистую: -- Теще, щи хлебать на том свете... Выточил новую ложку -- худую, но лучшую в своей жизни, отложил на подоконник: -- Дочке, в сундук с приданным пойдет... Вечером, Федор к пруду пошел -- порыбачить на сон грядущий. Забросил удочку в первый раз, сразу клевать стало. С трудом, Федор выудил дырявый котелок. Закинул во второй раз, и поймал Лешего за шиворот: -- Ты что же, нечисть лесная, в пруду забыл? -- удивился Федор...