Ирина

Нежный жемчуг, Маргарита, - Как поют в испанских песнях, - Пели ангелы на Небе В день рожденья твоего. Пели ангелы и птицы, И цвели в садах гвоздики, Распускались, раскрывались В блеске Солнца чаши роз. Оттого лицом красивым Ты на ангелов похожа, И уста твои - гвоздики, Нежный голос - пенье птиц...

Чары, чары зимней ночи! День-деньской умчал тень дум. Светят звезды -- милой очи, Тройка мчится наобум. Я любим ли? Сердцем понят Буду ль я, мой друг, твоим? Чу! -- бубенчики трезвонят: "Да, да, да! Любим, любим!" Перекличка, перебранка, - Точно спор у них о том, Что опять вернусь, беглянка, Я один, один в мой дом! Ах, уйми...

Месяца не видно. Светит Млечный Путь. Голову седую свесивши на грудь, Спит ямщик усталый. Кони чуть идут. Звёзды меж собою разговор ведут. Звёзды золотые блещут без конца. Звёзды прославляют Господа Творца...

Как незаметно подступила Успокоительница-ночь! Но где же все твои светила? - Я тучею заворожила Мои светила, - шепчет ночь. Одна ты радоваться хочешь Тому, что есть, вещунья-ночь О чем же тьмой ты мне пророчишь? - Еще ты много стрел отточишь, Ликуй, но бойся, - шепчет ночь. Зачем и чем меня тревожишь Ты, предвещательница-ночь? Судеб ты изменить не можешь. - Ты сам томления умножишь, Но не печалься, - шепчет ночь...

Вечерний свет ласкает гобелены, среди теней рождая строй теней, и так, пока не засветят огней, таинственно живут и дышат стены; здесь ангелы, и девы, и сирены, и звезд венцы, и чашечки лилей, ветвей сплетенья и простор полей - один узор...

Когда снежинку, что легко летает, Как звёздочка упавшая скользя, Берёшь рукой - она слезинкой тает, И возвратить воздушность ей нельзя. Когда пленясь прозрачностью медузы, Её коснёмся мы капризом рук, Она, как пленник, заключённый в узы, Вдруг побледнеет и погибнет вдруг. Когда хотим мы в мотыльках-скитальцах Видать не грёзу, а земную быль - Где их наряд? От них на наших пальцах Одна зарёй раскрашенная пыль! Оставь...

Напои меня малиной, Крепким ромом, цветом липы. И пускай в трубе каминной Раздаются вопли, всхлипы... Пусть скрипят и гнутся сосны, Вязы, тополи иль буки. И пускай из клавикордов Чьи-то медленные руки Извлекают старых вальсов Мелодические вздохи, Обреченные забвенью, Несозвучные эпохе. Напои меня кипучей Лавой пунша или грога И достань, откуда хочешь, Поразительного дога, Да чтоб он сверкал глазами, Точно парой аметистов, И чтоб он сопел, мерзавец, Как у лучших беллетристов...

Омой лицо крещенским снегом, Душой и телом возродись, И, утомлённый жизни бегом, Остановись. Перекрестись. Жить можно, веря, и не веря: По вере – всё, иль ничего. Но в небеса откроет двери Воды крещенской волшебство...

Час ворожбы и гаданья. Солнце в далекой стране. Но не его ли сиянье На безмятежной луне? И не его ли очами Жизнь на земле зажжена? И не о нем ли ночами Томно мечтает она? В ясную ночь полнолунья Над колыханием трав Пляшет нагая колдунья, Золото кос разметав. Пан ли играет на флейте? Звучно ль падение вод? Девушки резвые, рейте, Вейте за ней хоровод. Вкруг одинокой березы Дикого духа моля, Лейте горючие слезы, Смехом будите поля...

Настали солнечные святки, И, снег полозьями деля, Опять несут меня лошадки В родные дальние края. Мороз и снег. Простор и воля. Дорога ровная долга. Задорный ветер веет волей, Блестит зелёная дуга. И колокольчик подпевает Весёлым звоном ямщику. И сладко сердце забывает Свою тревогу и тоску. Мы все томимся и скучаем И долю грустную клянём, Мы ночью звёзд не замечаем И солнца мы не видим днём. Но стоит только город бросить — И снова оживаешь ты, Вновь сердце бьётся, сердце просит Простой и ясной красоты...

Снегом белым, серебристым, как парчою, двор одет. В бледном инее пушистом лучезарный солнца свет. ‎На дворе нас ждут салазки, ‎будут нас с горы возить. ‎Мы Снегурку, словно в сказке, ‎станем весело лепить...

Тёмной ночью метель и гудит и шумит, Под окошком избушки летая свистит; А в избе при огне, у сырого окна, ‎Ждёт красотка кого-то одна. Всё на мельнице стихло… огонь не горит… Вышел мельник-красавец, к красотке спешит. Он и весел, и громко и стройно поёт, ‎И по снежным сугробам идёт. Он и с ветром поёт и с метелью свистит, По сугробам глубоким к красотке спешит… Королева метелей на белом коне ‎Показалась вдали, в стороне. И завыл её конь, как израненный зверь, И запела она: «Мой красавец, теперь — Ты...