Выжить, чтобы жить

Заметила по статистике, что истории про деньги вызывают наибольший интерес. Видимо, эта тема — наша общая болевая точка. Что ж, поделюсь своим свежим опытом. Опытом того, как один чат с поддержкой банка за ночь превратился в официальную жалобу в Центральный Банк России. Ситуация стандартная, до боли знакомой многим: кредитная нагрузка стала слишком большой. Объективно большой. И вот уже почти месяц, фактически находясь без работы, я не могу платить. Звонки из банка нервировали, но в одном из них...

Время в состоянии свободного падения течет иначе. Не днями, а остатками на счету. Я не работаю уже три недели. Или месяц. Неважно. Последние 9000 рублей, с которыми я легко расставалась в тот день, когда еще ничего не предвещало, ушли на прием к хорошему доктору. Лечила вестибулярный аппарат. Пыталась починить механизм, который позволяет держать равновесие. Ирония в том, что вскоре я потеряла равновесие всей своей жизни, хотя проблема физического и психологического неразрывно связаны. Начался «не сезон»...

Ведя этот блог, я решила хранить полную анонимность. Но правила существуют затем, чтобы их нарушать. Хотя бы для одного человека. Я отправила ссылку другу, с кем связь тянется из далёкого, полного надежд, прошлого. Тому, чье мнение для меня имеет свой вес, и с кем чувства могут быть в безопасности. Диалог зашел примерно так: — Для чего тебе это нужно? Какие цели и задачи у тебя по этому блогу? Вопрос, который обычно ждешь от маркетолога, но не от старого друга. Мой ответ был довольно прост: — Не можешь победить — возглавь! В моем случае — монетизируй...

«Какая ты сильная». Эту фразу я слышала так часто, что она въелась в кожу, как татуировка, которую мне сделали без моего согласия. Сначала я пыталась улыбаться в ответ, принимать это как комплимент. Но внутри всегда что-то сжималось в холодный, тяжелый комок. Что они видят, когда говорят это? Женщину, которая не плачет? Которая тащит на себе неподъемный воз проблем и даже не кряхтит? Которая, стиснув зубы, делает то, что должно быть сделано? Они называют это силой. А я чувствую лишь леденящую пустоту за этим фасадом...

Есть вещи, которые люди, твердо стоящие на ногах, никогда не поймут. Одна из них — это логика тонущего человека, который вместо того, чтобы хвататься за предложенную ветку, вдруг начинает поправлять прическу. Со стороны это выглядит как безумие. Изнутри — как последняя попытка остаться человеком. Мне знакомо ощущение долговой ямы не понаслышке. Это когда ты увязаешь в кредитах так глубоко, что уже не можешь из них выбраться. Ты платишь по кредитке только проценты, потому что каждый раз тратишь остаток, и все начинается по новой...

Бывает, что жизнь не останавливается. Она просто превращается в круговорот. Ты просыпаешься, и еще не открыв глаза, уже знаешь, каким будет этот день. Точная копия вчерашнего. Бледная калька позавчерашнего. Ничего не изменится. Ничего не может измениться. Это и есть «День сурка» — не забавная комедия, а режим выживания, в котором ты — и белка в колесе, и само колесо. Мой «День сурка» начался не тогда, когда я стала мамой. Он начался, когда я осталась одна, и каждый мой день стал похож на попытку удержать на плаву лодку, в которой постоянно течет дно...

Бывают моменты, когда ты понимаешь, что между тобой и всем миром выросла невидимая, но абсолютно непробиваемая стена. Ты смотришь сквозь нее, ты видишь людей, ты даже слышишь их слова, но ты не можешь до них докричаться. Ты говоришь, кажется, на одном языке, но твои слова — о выживании, а их — о жизни. И они, отскакивая от стекла, падают к твоим ногам бессмысленными камешками. Мой мир накрылся стеклянным колпаком в тот день, когда я осталась наедине с еще не родившимся ребенком и тишиной. Тишиной, которая давила, звенела в ушах и была гуще, чем любая тьма...

Долгое время я ориентировалась исключительно на клинические описания, что агорафобия — комплексное тревожное расстройство, которое буквально означает «страх перед открытой площадью», или если точнее — боязнь оказаться в ситуации, где невозможно получить помощь. А что если посмотреть на эту тему глубже? Много лет я пыталась бороться именно со своим «страхом». Старалась переключать внимание на внешние объекты, считала шаги, пила таблетки, пробовала КПТ-терапию. Но внутри росло странное, стойкое чувство: это не оно...

Сначала — просто комок где-то под ложечкой. Потом — учащенное сердцебиение. Мысли начинают скакать и перемешиваться между собой. Это момент икс. Тот самый, когда мир еще не рухнул, но трещина уже пошла. Раньше я ждала. Ждала, пока станет совсем плохо, и тогда пыталась применить сложные техники, читала советы, которые в панике просто не работали. Пока не поняла главное: С тревогой нужно работать не тогда, когда она уже здесь, а тогда, когда она только стучится в дверь. Несмотря на то, что в предыдущей...

Если вы читали мое предыдущее письмо... если эта история про материнство без передышки, испорченный отдых, судебные тяжбы и землю, уходящую из-под ног, отозвалась в вас хоть одной знакомой нотой страха — значит, вы свои. Значит, вы тоже знаете цену этим словам: тревога, паника, выгорание, долги, одиночество, «я плохая мать». Я не психолог. Не гуру саморазвития. Не коуч с идеальной жизнью. Я — самый обычный человек. Та самая мама, которая сама проводит уроки, стараясь, чтобы сын не видел, как у нее трясутся руки...

«Здравствуй, моя прежняя я. Та, что еще верила в простые решения. Та, что помнит запах дымного костра и вкус свободы. Пишет тебе твое будущее «я» — женщина, которая научилась жить в четырех стенах, но почему-то стала свободнее, чем когда-либо. Я смотрю на тебя сегодня, и у меня перехватывает дыхание. Ты стоишь на пороге. Ты еще не знаешь, что этот день, этот самый, станет для тебя чертой. Линией, которую проведут по живому. Разделив всю жизнь на «до» и «после». Ты так ждала эту поездку. Не отдых — спасение...