Сказки дядюшки Живодера

...Был Свет... Была Тьма... Была Борьба...  И это был мой мир. Цвет небес, рисунки русла рек и узоры скал — все было придумано мной. Каждое живое существо — мое величайшее творение, и самый низменный каприз.  Я любил свой мир, хранил его и пестовал, как малое дитя, отгородив от любых опасностей и вложив в него все свое естество. Дикий, невообразимо прекрасный, он радовал мой взор, и ничто не происходило в нем, без моей на то воли.  Они были рождены из моих снов. Столь различные меж собой, сколь и похожие на меня самого...

...- Ветер в Степях завывает все громче... - отец жадно вдохнул воздух, смешанный с горьким дымом костра, - Ты слышишь? Да, куда тебе, молокососу, - он хрипло рассмеялся, закашлявшись под конец, - Это духи предков зовут достойных... Скоро настанет мой черед... Еще пару мгновений он восстанавливал дыхание, прежде чем продолжить. Грод Щитолом. Даже сейчас, прожив больше зим, чем любой из тех, кого я знаю, он напоминает нерушимую скалу. Морщины и шрамы, полученные за долгую жизнь, лишь усиливают это сходство...

...Кровь — источник жизненной силы, валюта и ценнейшее подношение. Да... Помню, старик Дрэйк всегда ставил на первое место именно слова «ценнейшее подношение».Похоже, я начинаю его понимать... Осознание этого воскрешает во мне давно забытое человеческое чувство страха...  Феррус Дрэйк — крепкий старик. Мы смотрели на него почти как на бога, воплощение служения самой Морритарэ. Мне было тогда шестьдесят... шестьдесят три? Проклятье! По человеческим меркам, я был так стар... Но, по сравнению со мной нынешним, я не слишком отличался от ребенка...

...Ледяной дождь барабанит по крышам и мостовым жалкого, пропахшего рыбой и отбросами, портового городишки, название которого я не потрудился запомнить. Сумрак ненастного дня давно сменился ночной тьмой, а выдыхаемый мной воздух немедленно превращается в быстро рассеивающиеся завитки пара.  Я сижу, прислонившись спиной к каменному фундаменту здания, в паре шагов от дверей местной забегаловки. Моя одежда: лохмотья, да старый плащ — давно сдались под напором влаги и холода, оставив мою плоть один на один с непогодой...

Ванная комната была залита светом. Казалось, он наполнял помещение, ниспадая с потолка, отражаясь в туалетном зеркале, белоснежной плитке пола и стен. В дверь номера уже пятнадцать минут настойчиво стучали. Наконец, не выдержав, горничная открыла дверь своим ключом. - Мисс Элдридж? Мисс Элдридж, вы здесь? - не получив ответа, горничная прошла в ванную, - Мисс Элдридж? О, Господи!!! Пресвятый боже!!! Терри!!! Терри!!! Девушку, лежащую в ванне, звали Сара Элдридж. Опухшие веки плотно сомкнуты, мокрые...