Лариса Шушунова

Граница между сном и бодрствованием — одна из самых загадочных зон человеческого сознания. В науке это состояние называют «гипнагогией» (при засыпании) или «гипнопомпией» (при пробуждении). В этот краткий миг мозг, балансируя между фазами, может проецировать невероятно яркие образы: от абстрактных узоров до реалистичных фигур. Но что, если некоторые из этих видений — не просто игра нейронов? Этнографы и исследователи паранормального давно заметили: описание сущностей, являющихся людям в полусне, удивительно единообразно по всему миру...

Фольклор практически всех народов, живущих вблизи болот, содержит истории о таинственных и опасных сущностях, обитающих в трясине. С научной точки зрения, многие такие рассказы можно объяснить игрой воображения, усиленного страхом, алкоголем, а также реальными, но неопознанными звуками природы (выход газов, движение животных, звуки падающих деревьев). Однако случаи, когда аномальное явление демонстрирует признаки разумного поведения — например, реакцию на свет и синхронизацию с действиями наблюдателей, — выходят за рамки простых совпадений...

Кризисные моменты человеческой жизни — глубокая печаль, отчаяние, утрата веры — с точки зрения парапсихологии и эзотерики являются состояниями крайней уязвимости. Наш эмоциональный фон, подобно маяку или радиопомехе, может привлекать внимание сущностей из иных слоёв реальности. Этих существ, лишённых плотной физической формы, разные традиции называют по-разному: лярвами, эгрегорами, тёмными «неорганическими» сущностями. Их природа остаётся загадкой, но описания свидетелей сходятся: они манипулируют...

В парапсихологии и исследованиях аномального опыта существует особый и самый убедительный класс свидетельств — случаи совместного (множественного) восприятия. Когда один человек видит нечто необъяснимое, это можно списать на галлюцинацию, игру света или мигрень. Но когда то же самое явление одновременно наблюдают два и более независимых свидетеля, гипотеза о субъективной природе явления рушится. Это переводит событие из разряда личной психологии в область внешней, объективной (пусть и непонятной) реальности...

В основе нашего мира, возможно, лежит не только материя, но и информация — устойчивые паттерны, сценарии и эмоциональные отпечатки. Парапсихология и исследования аномального опыта говорят о феномене «ментальных построений» или «эгрегоров» — устойчивых мыслеформ, которые при определенных условиях могут проецироваться в восприятие свидетеля. Они питаются как коллективным страхом (архетип «Незнакомца», «Смерти с косой»), так и локальной травмой места (боль, насилие, массовая гибель). Чаще всего эти информационные сгустки обретают узнаваемую, символическую форму...