MARY MI

— Я сказал — хватит! Никаких тестов, никаких анализов! Это моя дочь, и точка! Олег швырнул телефон на диван так, что тот отскочил и упал на ковер. Светлана замерла у окна, сжав в руках кружку с остывшим кофе...

— Слушай, ты вообще соображаешь, что творишь? — Оксана швырнула сумку на диван так, что из неё вывалились ключи и помада. — Твоя мамаша опять названивала мне на работу! Прямо посреди совещания! Я перед начальством как идиотка выглядела! Игорь даже не поднял голову от телефона...

— Да кто ты вообще такая, чтобы учить меня жить? — Олег швырнул ключи на столешницу так, что они со звоном отскочили к самому краю. — Моя мать всю жизнь на ногах, пахала как проклятая, и ты будешь мне рассказывать, как с ней разговаривать? Таня замерла у раковины с тарелкой в руках...

— Ты что, совсем ополоумел?! — голос Киры прозвучал так резко, что Дмитрий вздрогнул, не отрываясь от экрана телефона. — Двадцать тысяч! Опять двадцать тысяч перевел своей мамаше! Он даже не поднял глаза...

— Ты что, совсем обнаглела? — Инна швырнула ключи на комод так, что зеркало дрогнуло. — Приперлась сюда, как к себе домой! Кристина даже не подняла голову от телефона. Лежала на диване, закинув ноги на подлокотник, в красном трикотажном платье...

Последняя капля упала на пол – красное вино растеклось по паркету, словно кровь, выпущенная из старой раны. Настя стояла посреди гостиной с пустым бокалом в руке и смотрела, как жидкость медленно впитывается в светлое дерево...

— Хватит уже! Сколько можно терпеть это вечное вмешательство! Кира швырнула телефон на диван с такой силой, что он отскочил и упал на пол. Экран погас, но звук последних слов свекрови всё ещё висел в воздухе гостиной — вязкий, липкий, как паутина...

— Всё! Хватит жить за мой счёт! — голос Таисии прорезал утреннюю тишину квартиры, как сирена пожарной машины. — Надоело тянуть вас, как два мешка с песком! Кирилл замер над ноутбуком, пальцы зависли над клавиатурой...

— Ты вообще соображаешь, что творишь? — Оксана швырнула на стол ключи от машины. Металлический брелок звякнул о столешницу, отскочил и упал на пол. — Три недели! Три недели ты мне врал в глаза! Игорь стоял у окна, не поворачиваясь...

Ксения Игоревна поставила подпись на последнем контракте и откинулась на спинку кресла. За панорамными окнами её офиса на двадцать третьем этаже расстилался город – мерцающий, живой, её собственный. Три года назад она не могла даже представить, что окажется здесь...

Старый дом стоял на краю деревни, словно забытый всеми. Ржавые петли скрипели на ветру, а крыша местами провалилась внутрь. Внутри, на продавленном диване, сидела Евдокия Семёновна и смотрела в окно на пустую улицу...

— Сколько можно терпеть эту показуху? — голос Анфисы Петровны прорезал тишину квартиры, как нож по стеклу. — Каждый день притворяешься паинькой, а сама только и ждешь, когда мой Егор уйдёт в мир иной, чтобы завладеть квартирой! Полина замерла с пакетом продуктов в руках...