Никита Рачков

-Гриша! Гриша, вставай!-кто-то пытался разбудить его. -Что? Что случилось?-сквозь сон протянул Гриша.-Станцию проехал? -Да, мы тут все станцию проехали.-Прозвучал знакомы бас. Гриша начал открывать глаза. Резкое солнце мешало это сделать. Очень сильно болело в груди. И невозможно было подняться с кровати. -Ты помнишь, что вчера было?-Спросил Семен? -Пили мы с тобой. Потом станция. А, потом... -А, потом ты бомбу увидел. -Да, точно!-попытался сесть Гриша.-Да, что все болит то у меня? -Пройдет.-ответил Сема...

Поезд неспеша шел через поле. Мальчишки на верхних полках, что-то тихо обсуждали. Семен копошился внизу в своем, под стать, огромном вещмешке. Шептал, будто заклинание, "дагдежты" и разгребал все свое имущество. Наташа, его жена, сидела на кровати напротив, поджав ноги под себя и читала модный журнал. Иногда Гриша, а он сидел напротив, ловил на себе ее взгляд. Грише от этого становилось неловко и он делал вид, что ничего не замечает. Даша разложила и застелила свою кровать и отодвинув край матраса-села на нее...

-Жизнь спешит, если мы сами медлим. Гранин Даниил. Невыносимо жгучее солнце июля плавило рельсы вместе со шпалами. От которых исходил тяжелый запах гудрона. Поезд опаздывал на 2 минуты. Люди толпились на перроне. Где-то был слышен смех, с той же стороны доносился плач ребенка. Но все звуки сливались в гул людской массы, что ждет поезда и своего вагона, чтобы набиться туда. Это был небольшая станция провинциального рода Энск. Пассажирские редко ходили. В основном товарняки. На краю платформы стоял парень в полицейской форме и вяло дразнил прохожую собаку...