Блог поехавшего

Как же я был по-детски счастлив, когда подобрал эту бумажку. Зная, что никто не заметил, я стал протискиваться сквозь толпу. — Не напирай!.. — обращаясь к людям, крикнул урядник с некоторой тревогой в голосе, так как понимал, что его могут оттереть от пойманного им агитатора. А люди, точно по команде, с шумом хлынули к вековым вязам. И в этом чувствовалась не только стихия массы, а вполне осознанная воля. — А-а-а!.. — угрожающе протянул урядник, переступая через босого парня, который будто невзначай упал ему под ноги...

Петр пробирался из церкви, сжимая в кармане бумажку... Он заметил, как рыжий сторож Максим выскочил из алтаря и направился в левую дверь. На пороге церкви Петра обдало свежим воздухом и базарным шумом, сразу стало как-то просторнее, и он поспешил выйти за ворота. Под широкими развесистыми вязами толпились хозяева престольного праздника, приглашая прихожан на обед. Вязы дремали под солнцем, которое в последний раз согревало их ласковым теплом бабьего лета. Волновалось море разноцветных голов, слышались восторженный возгласы, и плыл над селом звон треснувшего колокола...

Петр почувствовал, что ему становится дурно, бросает в жар. Его словно бы подталкивал кто-то схватить эту бумажку и скорее бежать из церкви. Уши у него горели как в огне. А поп смешно кивнул головой, и очки, торчавшие у него на лбу, свалились на переносицу. Рука с бумажкой поднялась к носу, и снова раздался сиплый старческий голос: — ...сына и святого духа... По указу его императорского величества... из... духовной консистории причту церкви. Консистория слушала: отношение... губернатора от восьмого июня сего года за номером шесть тысяч восемьсот девяносто два...

Как обычно, в день престольного праздника в селе устраивалась ярмарка. Вся улица, начиная от школы вплоть до подворья попа, была заставлена возами с арбузами, а вдоль церковной ограды выстроились со своими корзинами толстые торговки бубликами. Молодежь прогуливалась по ярмарке. Парни в поддевках из синего сукна и серых смушковых шапках перешептывались между собой, сторонясь городского гостя. Девушки в ярких лентах и вышитых блузках поглядывали на Петра. Этот молчаливый парень, в лаковых сапогах и голубой косоворотке под расстегнутым городским пиджаком, привлекал их внимание...

Кончилось лето. Солнце как бы нехотя клонилось к земле, его лучи с трудом пробивались сквозь густые непокорные облака. На бахчах уже пожелтели листья, усохли длинные арбузные плети, уныло склонили свои головы подсолнухи, и только спелые большие полосатые арбузы блестели на солнце. На скошенных нивах, покрытых пыреем и тимофеевкой, то там, то сям паслись стада кулацких коров и отары овец. В селе готовились к престольному празднику. В этот день и приехал Петр домой. Соседи сказывали, что он разбогател и приехал сюда жениться...