Новая литературная парадигма

I Пустой коридор наполнился жёлтым светом. Лампочка поморгала и застыла. Позвакивающий стрёкот электричества ударил в голову после долгого отсутствия звуков. Коридор казался слишком длинным. Растягивая каждый шаг, я жадно впивалась глазами в пошарпанные стены и редкие торчащие провода. Глотала тяжелый пыльный воздух и щупала застывших передо мною мух. Дотрагиваясь до их шепчущих крыльев, я чувствовала вибрации протяжного сквозняка. Он, отталкиваясь от каждой соринки, проносился через коридор и пронзал меня острыми лучами восходящего солнца...

Каждое художественное произведение имеет ряд официальных и неофициальных трактовок. Филологи и искусствоведы стремятся выяснить, "что имел ввиду автор". Но если автор вообще не будет знать, что он имел ввиду? Алексей Кубрик часто повторяет на своей поэтической мастерской, что творец - это просто антенна между этим миром и тем. Может ли форма родить абстракцию? На эту мысль меня натолкнуло обсуждение предыдущей заметки с моей преподавательницей литературы Анастасией Туляковой. Анастасия Андреевна посетовала (если я правильно её поняла) на "смерть" свободной абстрактной мысли в форме. Действительно, идея остается свободной ровно до того момента, пока её не облекают в слово...

Мы живем с приятным осознанием своего небольшого, но превосходства. Умные, красивые, свободные, к своим юным годам чего-то да добившиеся, талантливые. Как и всех людей подобного толка, нас часто мучают американские горки, где вершина заряжает энергией смутно понятной природы, любовью ко всему миру и к себе, как его олицетворению. И пусть низшая точка этих горок ввергает в пучину отчаяния от невозможности ободрать весь небосвод, мы твёрдо держимся на эмоциональном плаву, лишь изредка позволяя себе подурачиться - отыграть тонущего, исключительно по Станиславскому. Вся жизнь кажется ярким представлением в свете тысяч софит, но без единого зрителя...