УРАЛ И СИБИРЬ. Наш народ не победим.

Статья 2 Он может усыпить озеро стеклянной гладью или поднять волны, рвущие корабли в щепки. История о том, кого действительно боялись коренные жители Прибайкалья и почему его имя до сих пор произносят шепотом. В каждой культуре есть главный дух местности. Домовой в избе, леший в чащобе. Но что, если дух обитает не в лесу и не в доме, а в целом море-озере, самом глубоком и древнем на планете? Тогда его масштабы, характер и сила должны быть соответствующими. Таким и был, и остается Хан Хута-баабай (или Хан Хото-бабай) — седовласый, могучий старец, вечный хозяин Байкала...

Сердце Байкала бьется здесь. Это не метафора — это древнее знание, за которое шаманы готовы были отдать жизнь. Добро пожаловать на остров, где за вами наблюдают камни. Представьте себе место, куда вам запрещено входить. Не забором и вышкой охраны, а чем-то более мощным — многовековым страхом, запретом, впечатанным в самое ДНК народа. Место, которое дышит, смотрит и помнит. Остров Ольхон — именно такое место. Ученые скажут вам сухие цифры: самый большой остров Байкала, длина — 73 км, ширина — до 15 км, часть Прибайкальского национального парка...

Два святилища, разделенные океанами и тысячелетиями, говорят на одном языке молчания. Их связь — не совпадение, а доказательство существования потерянной протоцивилизации, чьи маяки до сих пор светят в темноте истории. Мы прошли долгий путь по каменистым тропам Рапа-Нуи, от загадки его обнаружения до тихих криков, звучащих во снах. Теперь настало время отступить на шаг назад — нет, на гигантский шаг через полмира и двенадцать тысяч лет — и взглянуть на панораму. И тогда станет ясно: Остров Пасхи не одинок в своей гениальной странности...