Риф

«Потом они стояли перед древним степным маяком — каменной массивной бабой с острой монгольской прорезью глаз. После радостного бодрого юноши Геркулеса, который раздирал в саду пасть гидры и поил весь парк водой (дело происходит в знаменитой Аскания-Нова, ныне заповедник или национальный парк, в Приазовье — Примеч. А. М.), эта саженная, захлёстанная ветрами баба-яга показалась ребятам зловещей, как приведение пустыни, как сама вещунья засух... Сложив на обвислом животе руки, она загадочно усмехалась степи вечной каменной усмешкой...

В одном из трёх громадных корпусов кооператива «Дом научного работника АН СССР» (заселённой элитой сталинской профессуры, правда, уже после смерти Сталина), где я провёл детство (эх-ма, в очень хорошей квартире!), был винный магазин. Вернее, винный отдел в гастрономе. В профессорских семьях как-то не пили, во всяком случае, наших у винного прилавка можно было увидеть крайне редко. Но сюда приходил за водкой пролетариат недалёкого механического заводика. Сейчас от заводика — развалины. И после смены...

Грааль — это мир прекрасного, мир благородства, мир чистоты Девы. Грааль — мир более широкий, чем позволяет себе видеть толпарь. Грааль—это мёртвые для толпаря пространства, Мёртвая дорога. Вернее так: Грааль истинен, но именно потому, что в нём нет ни фальши, ни лести. Толпарь Грааля не видит. Слепой видит только то, что хочет. А хочет он фантом, дурилку, лесть, забыться. Грааль и Мёртвая дорога — синонимы. Любящие лесть видят одно и тоже, в рамках, естественно, того, что им внушают кукловоды, и...