Макс Лайф

Часть вторая. Это большая ошибка — позволить агрессору что-то захватить. Такая ошибка была совершена еще в 2014 году. И даже раньше — во время оккупации части Грузии, еще раньше — во время войны в Чечне, когда были разрушения и огромные жертвы. Было слишком много ошибок. И я не хочу быть тем президентом, который повторит ошибки своих предшественников. Я говорю не только об Украине. Я говорю о лидерах разных стран, которые позволяли сильной агрессивной стране, такой как Россия, заходить на их территорию и захватывать ее без серьезного сопротивления. Путина невозможно остановить словами, комплиментами или жестами доброй воли...

Часть первая. Да, закончить войну непросто. Гораздо проще начать эту войну, что и сделал Путин, потому что он этого хотел. И я считаю, что президент Трамп со своей командой действительно хотят остановить эту войну. Но это непросто. Потому что для нас это не просто обмен интересами или какие-то договоренности. Для нас это жизнь. Пришли русские и с ненавистью убили так много мирных жителей, детей. Сейчас вы видите удары по энергосистеме, по энергетической инфраструктуре. Они просто убивают наших людей. Каждый день мы выживаем. Я каждый день общаюсь с энергетическими компаниями, с министрами, со своим народом...

Часть восьмая (финал). С самого первого дня мы приняли решение поддерживать Украину в этой войне сопротивления, но при этом избегать прямой эскалации конфликта с Россией — то есть не наносить удары по территории России и не вводить наши войска на землю. Мы по-прежнему действуем в этих рамках. В то же время за последние годы мы сделали шаги, которые ранее многие считали невозможными: передали истребители, танки, средства дальнего поражения, обеспечили масштабное финансирование. Ещё год назад многие опасались, что эта поддержка может прекратиться. Однако мы, европейцы, чётко заявили: наша поддержка больше не зависит от американского финансирования...

Часть седьмая. Как видно, задач перед нами много. И я хотел бы завершить следующим. Мы должны проявлять твёрдость и последовательность в поддержке Украины. Мы должны чётко определить долгосрочные интересы европейской безопасности в нашем регионе и создать инструменты влияния для их защиты. Одновременно нам необходимо укреплять наши демократии и уверенность в себе. Это непростые задачи, но сейчас именно тот момент, когда нужна смелость. Сейчас время сильной Европы. Европы, которая ясно и без колебаний поддерживает Украину и формулирует условия устойчивого мира. Европы, которая чётко определяет...

Часть шестая. Однако доверие — это не только вопрос вооружений. В значительной степени это вопрос решимости. Если мы хотим, чтобы к нам относились серьёзно как в Европе, так и за её пределами, мы должны демонстрировать твёрдую приверженность защите собственных интересов. Это начинается с продолжения поддержки Украины, но также включает в себя отказ от необоснованных тарифов и вежливое отклонение необоснованных претензий на европейскую территорию. Это то, что мы сделали, и то, что будем продолжать делать. Прежде чем завершить, я хотел бы затронуть ещё один вопрос, поскольку во многих европейских странах вскоре пройдут важные выборы...

Часть пятая. Мы должны мыслить в масштабе Европы. Речь идёт не только об обороне, но и о снижении зависимостей через политику, ориентированную на европейские интересы. Это касается всей цепочки создания стоимости — от искусственного интеллекта и облачных технологий до критически важных полезных ископаемых, космоса, чистых технологий, оборонной промышленности и разработки вооружений. Во многих сферах мы сталкиваемся с чрезмерной зависимостью, и нам необходимо снижать риски и формировать чёткую европейскую позицию. Это сложная, кропотливая работа — и я благодарю Комиссию за её проведение. Но это необходимость...

Часть четвёртая. Как европейцы, мы должны сначала определить собственные интересы в сфере безопасности. Должны ли мы смириться с размещением ракет большой дальности у наших границ? Должны ли мы принимать российское вмешательство в дела региона? Как будет выглядеть контроль над вооружениями в эпоху беспилотных технологий? Возможно ли в Европе новое соглашение об ограничении ракет, подобное Договору о РСМД, при том что Китай стал значимым фактором в сфере контроля над вооружениями? Что произойдёт в ядерной сфере после прекращения действия Договора СНВ-3, последнего действующего соглашения между...

Часть третья. В декабре прошлого года Европейский совет принял решение предоставить Украине кредит в размере 90 миллиардов евро на 2026 и 2027 годы. Две трети этих средств будут направлены на военную технику с приоритетом для Украины и Европы. Франция также внесёт свой вклад. Я благодарю председателя Комиссии за напряжённую работу по подготовке этого пакета, который будет вынесен на голосование в ближайшие дни. Наш министр обороны недавно посетил Киев, заместитель министра обороны сделал то же самое, и мы направили Украине новую технику в дополнение к уже оказанной помощи. Я хочу поблагодарить Германию за огромную поддержку и предоставленное финансирование...

Часть вторая. Но давайте обсуждать нашу домашнюю работу за закрытыми дверями и выполнять её. Давайте формировать позитивный образ самих себя и гордиться собой, потому что именно этого ждут от нас наши граждане. Я действительно верю, что это отражает реальность нашего континента. Мы должны гордиться нашими европейскими достижениями. Мы, европейцы, слишком часто склонны принижать себя и позволять другим делать то же самое. Нам не следует так поступать. Это не означает, что у нас нет проблем. Они есть. Но давайте смотреть правде в глаза и решать их. Я не буду сейчас говорить о Ближнем Востоке, не...

Часть первая. Я хотел бы сегодня обратиться к вам с посланием надежды и решимости. Там, где одни видят угрозы, я вижу нашу устойчивость. Там, где другие видят сомнения, я предпочитаю видеть возможности. Потому что я убежден: Европа по своей природе сильна и способна стать ещё сильнее — и это уже происходит. Более сильная Европа станет лучшим союзником для своих партнеров, особенно для Соединённых Штатов. Все призывают нас быть сильнее — за исключением, конечно, наших противников, а иногда, что менее понятно, и нас самих. И это необходимо исправить. Именно поэтому я искренне убеждён — и с этого хочу начать — что нам нужен более позитивный настрой...

: Без участия Европы устойчивого мира не будет. Я хочу внести ясность: переговоры можно вести без европейцев, но такой мир не будет реализуемым. Именно поэтому я установил прямой канал связи с Россией, действуя в полной прозрачности с Украиной, нашими европейскими партнёрами и американскими союзниками. Мы будем частью решения, а значит, должны быть частью обсуждения. И в этом процессе мы обязаны защищать европейские интересы, особенно в вопросах будущей стратегической стабильности на континенте. Это вторая ключевая задача. Даже если будет достигнуто соглашение по Украине, нам всё равно придётся сосуществовать с агрессивной Россией у наших границ...

: Защита нашего суверенитета включает защиту целостности общественной дискуссии и демократического процесса. Это также вопрос безопасности наших демократий. И они очевидно подвергаются давлению. Я говорю это, зная о вмешательстве, с которым столкнулись некоторые лидеры во время своих избирательных кампаний. Манипуляции информацией, иностранное вмешательство, усиленное через онлайн-платформы и социальные сети, — серьёзная проблема для всех нас. Почему самые радикальные и вредные нарративы могут беспрепятственно распространяться в цифровом пространстве, тогда как в традиционных СМИ они подпадали...