Макс Лайф

Полный перевод. Часть двадцать четвёртая (финал). Что касается Украины и России, между президентом Зеленским и президентом Путиным существует огромная ненависть. Это плохо. Это плохо для переговоров. Мы знаем из опыта, что существует ненормальная ненависть. Тем не менее я думаю, что Россия хочет заключить сделку. Я думаю, Украина хочет заключить сделку. И мы попытаемся заключить сделку. Я думаю, Стив, могу сказать, что мы достаточно близки к соглашению. Но часто бывает так, что у нас есть сделка с Россией, а президент Зеленский не хочет её принимать. Вы видели это, когда он был в Овальном кабинете...

Полный перевод. Часть двадцать третья. В целом у нас всё отлично. У страны всё просто замечательно. У нас замечательные люди. Я вижу и других. У нас есть Стив Уиткофф. У нас есть Джаред. У меня так много людей, что у меня проблемы: когда я вернусь, там будут люди с унылыми лицами и скажут: «Сэр, вы нас не представили». У нас так много выдающихся людей. Я всех их знаю. Поэтому я не буду продолжать, иначе мы просидим здесь весь день. Содержание Гренландии обходится Дании в сотни миллионов долларов в год. Дания — маленькая страна с замечательными людьми, но это очень дорого. Это очень большой кусок льда, и это очень важно...

Полный перевод. Часть двадцать вторая. Искусственный интеллект — это нечто грандиозное. Я имею в виду, Марк Цукерберг показал мне объект, который он разместил над картой Манхэттена. И он был практически размером с Манхэттен. Я сказал: вы, должно быть, шутите. Этот объект был длиной в несколько миль, шириной в несколько миль и очень высоким. Я не думаю, что он был таким же высоким, как Эмпайр-стейт-билдинг, но он был высоким. И он буквально покрывал большую часть острова Манхэттен. Это называется крупная электростанция. Когда я услышал, что они собираются потратить 50 миллиардов долларов на её строительство, я сказал: «Вот это да»...

Полный перевод. Часть двадцать первая. И, знаете, удача — как бы мне ни было неприятно это говорить — но нам нужна немного удачи. Мы не хотим столкнуться с чем-то, о чём никто не мог подумать. Кто бы предполагал, что нас настигнет пандемия? Когда я услышал слово «пандемия», я подумал: «Это давняя проблема». Первая мировая война унесла жизни 100 миллионов человек. Она фактически положила конец Первой мировой войне. Многие не знают, что испанский грипп и Первая мировая война закончились потому, что все солдаты заболели. Солдаты были очень больны с обеих сторон. Эта война бушевала, и они умирали от испанского гриппа...

Полный перевод. Часть двадцатая. Знаете, в экономике и во время рецессий иногда случаются неожиданные события, и ничего с этим не поделаешь. Все мы — блестящие люди, но иногда ничего не можем сделать. Один из примеров — COVID. В первые два с половиной — три года моей работы экономика развивалась на таких уровнях, каких никто никогда не видел. А потом я услышал слово «пандемия», а не COVID. Это название придумали в течение некоторого времени, о котором мы не будем говорить. Но я услышал слово «пандемия», и незадолго до этого вышел очень сильный опрос. Я общался с двумя лучшими социологами, Маклафлином...

Полный перевод. Часть девятнадцатая. Взрыв процветания, прогресса и развития, которые сформировал Запад, произошёл не благодаря нашим налоговым кодексам. В конечном итоге он произошёл благодаря нашей уникальной культуре. Это драгоценное наследие, которое Америка и Европа разделяют. Мы разделяем его. Но мы должны сохранить эту силу. Мы должны стать сильнее, успешнее и процветающими, чем когда-либо, навсегда. Мы должны защищать эту культуру и заново открыть дух, который поднял Запад из глубин Тёмных веков на вершину человеческих достижений. Мы живём в невероятный, переменчивый период. Это невероятное время, но мы должны воспользоваться тем временем, в котором находимся...

Полный перевод. Часть восемнадцатая. Мы вывозим людей — профессиональных преступников, которые будут совершать только плохие поступки, — и возвращаем их в их страны. Результаты нашей работы поразительны, и у нас есть возможности для гораздо более масштабных преобразований. Мы лишаем нелегальных иммигрантов социальных пособий и других государственных выплат, и я распорядился, чтобы с сегодняшнего дня прекратились выплаты городам-убежищам, потому что они, по сути, являются убежищами для преступников. Они действительно защищают преступников. И именно их нам нужно вывезти из страны: убийц, наркоторговцев, душевнобольных...

Полный перевод. Часть семнадцатая. Мы хотим вернуться к тем временам, когда объявляли впечатляющие цифры, потому что сейчас мы будем объявлять о феноменальных результатах. Сейчас строятся рекордные тысячи заводов. Напомню, инвестировано 18 триллионов долларов. Думаю, вторая цифра — три. И это был Китай много лет назад — инвестиции из-за рубежа в страну. 18 триллионов долларов — такого никто никогда не видел. Это деньги, которые поступают и используются для строительства заводов. Строятся тысячи предприятий. Тысячи. Сотни крупных заводов, автомобильных комбинатов возвращаются в Соединённые Штаты...

Полный перевод. Часть шестнадцатая. И я довёл пошлину до 39 процентов. А потом начался настоящий ад. Ко мне приходили все. Представители Rolex приезжали ко мне. Все приезжали ко мне. Но я понял это и снизил ставку, потому что не хочу причинять людям боль. Я не хочу им причинять боль. Мы снизили её до более низкого уровня. Это не значит, что она не будет расти, но мы снизили её до более низкого уровня. Теперь они платят пошлины. И я понял, что у нас много таких мест, где зарабатывают целое состояние благодаря Соединённым Штатам. Без Соединённых Штатов они бы ничего не зарабатывали. Только подумайте: Швейцария заработала на нас 41 миллиард долларов...

Полный перевод. Часть четырнадцатая. Чтобы помочь нашим гражданам оправиться от катастрофы, связанной с Байденом, и всего этого из-за этого ужасного, просто ужасного прецедента, я прошу Конгресс ограничить процентные ставки по кредитным картам 10 процентами на один год. Это поможет миллионам американцев накопить на покупку жилья. Они понятия не имеют, что платят 28 процентов. Они немного опаздывают с платежами и в итоге теряют свой дом. Это ужасно, так как подрывает инновации, сбережения и финансирование. Я также работаю над тем, чтобы Америка оставалась криптостолицей мира. С этой целью в прошлом году я подписал знаковый закон «О гениях»...

Полный перевод. Часть тринадцатая. Я сказал: «Вот в чём дело, Эммануэль. Ответ таков: ты это сделаешь, и ты сделаешь это быстро. А если нет, я введу 25-процентную пошлину на всё, что ты продаёшь в Соединённые Штаты, и 100-процентную пошлину на твои вина и шампанское — а это примерно в 10 раз больше, чем я прошу». И ты это сделаешь. Я не хочу об этом рассказывать публично. Но ты можешь заставить меня это сделать. Он сказал: «Нет, нет, Дональд, я это сделаю. Я это сделаю». В среднем мне требовалось три минуты. А страны говорили одно и то же: «Нет, нет, нет, мы этого не сделаем. Вы просите нас удвоить стоимость рецептурных лекарств»...

Полный перевод. Часть двенадцатая. В рамках моей политики наибольшего благоприятствования в отношении цен на лекарства стоимость рецептурных препаратов снижается до 90 процентов — в зависимости от способа подсчёта. Можно также сказать: на 500, 600, 700, 800 процентов. Есть два способа это рассчитать. Но у нас есть политика наибольшего благоприятствования, которую хотел каждый президент. Ни одному президенту не удалось её добиться. Я добился её, и другие страны её одобрили. И мне пришлось использовать таможенные пошлины, чтобы этого добиться, потому что они сказали: «Ни за что». Другими словами, таблетка, которая стоит 10 долларов в Лондоне, стоит 130 долларов...