Патрокл Меткий

Джаная, как и все остальные, знала, какую угрозу представляет Джедао. Она также делала все возможное, действуя так, как будто ничего необычного, чтобы люди не паниковали полностью. Хируеву следовало бы поступить так же, как бы она ни боялась. «Я ел ужасные вещи, когда начал в пехоте», - сказал Джедао. «Когда я был лейтенантом, мы когда-то были в ловушке в тылу врага. В конце концов мне пришлось застрелить двух человек, которые боролись за то, кто должен был есть личинки ». «У нас нет личинок, о которых мы знаем, - сказал Стсан, - но некоторые из слуг наслаждаются охотой. Капитан-инженер Миуго говорит мне, что они иногда оставляют свои убийства у ее двери, как кошка...

К счастью, этот процесс не потребовал гораздо большего вмешательства с ее стороны. К тому времени, когда это было сделано, она была в поту, но ее зрение в основном вернулось. Неудивительно, что Шуос никогда не занимался формированием инстинкта. Неспособность убить их собственных гексархов, исторически популярное времяпрепровождение Шуос, заставила бы их взобраться на стену. Хируев стиснул зубы и сунул дрон в сапог. Если повезет, она не застрелит ее ногу случайно. Всего сорок девять минут до высокого стола. Неужели это заняло у нее так много времени? Но она знала ответ на этот вопрос. Четырнадцать...

Она все равно подумала об этом, поскольку сомнительное военное снаряжение находилось в двух шагах от сомнительного снаряжения, которое она купила у владельцев магазинов, которые получали деньги, когда им платили за блестящие куски мусора. Тем не менее, она не могла рискнуть вызвать подозрения у какого-то солдата в Инженерии, который сообщит о ней Джедао. Хируев нервничал, желая, чтобы она не чувствовала себя так ужасно, затем собрал необходимые ей компоненты. Маленький был хорош; маленький был лучшим. Она потратила много времени на то, чтобы выложить все на верстак, потому что она все время бросала вещи...

Когда Мать Экесра закончила складывать двух запутанных лебедей - замечательная работа, достойная восхищения, если вы не поняли, кем она была когда-то, - она ​​положила эту ужасную вещь в руки матери Аллу и начала всерьез плакать. Хируев стояла там большую часть часа, стараясь не смотреть на лебедей краем глаза и терпеть неудачу. Ее руки чувствовали себя липкими. Она предпочла бы спрятаться в своей комнате, но это было бы неправильно. Так она и осталась. В эти ужасные минуты (семьдесят восемь из них; она следила), Хируев пообещал, что никогда не заставит ни одну из своих матерей плакать так...

«Вы изобретательный ребенок. Я уверен, что вы можете развлечь себя до сна. Я пошлю сервитора с ужином. Это встревожило Хируева. Мама Аллу часто говорила о важности совместной еды, а не, например, о позднем перерыве, потому что вы разбирали старый игровой контроллер. Но это выглядело как неподходящее время, чтобы уколоть ее, и она послушно пошла к своей комнате. «Нет», - сказала мама Экесра, когда была почти в коридоре. «Она заслуживает того, чтобы знать, что ее отец еретик». Хируев остановился так внезапно, что чуть не споткнулся о пол. Вы не шутили о ереси. Все это знали. Мать Экесра...