Тихие Травмы

«Она не сплетничает. Не участвует в травле. Просто молчит. А они — обсуждают её за спиной: “Она такая сухая… Как будто выше всех”». ** Что, если ваша честность — это не достоинство, а преступление в мире, где “хороший коллега” — это тот, кто умеет притворяться, что всё в порядке? Скоро я расскажу историю женщины, которая — верила, что нашла “своих” в аду из 200 человек, — услышала за стеной: «Она — фон в нашей жизни», — и поняла: доверие — это не слабость...

Я давно хотел написать об этом. Не о себе. О нём — мужчине, который искренне верит: «Я не прошу многого. Просто — чтобы дома было, как дома». Но есть одна боль, о которой редко говорят: когда оба устали — но только один чувствует себя обманутым. Этот рассказ — не обвинение. Это — попытка заглянуть в обе стороны медали, где одна — ожидание, а другая — истощение. ** Ему 32. Работает аналитиком. С девушкой — два года, последние полгода — живут вместе. До переезда всё было идеально: — встречи на выходных, — ужины в кафе, — разговоры до утра...

«Я не прошу изысков. Достаточно котлетосов и борща. Но в холодильнике — только кефир и увядший салат. А она говорит: “Я устала. Закажи” — и включает сериал. ** Что, если ваша обида — это не её лень, а ваша иллюзия? Что, если “дом” — это не место, где женщина кормит, а где оба могут сказать: “Сегодня — не могу” — и быть услышанными? Скоро я расскажу, как год любви рухнул из-за пустого стола, как я выпрашивал ужин, как нищий, и как увидел: я не искал женщину...

Я давно хотел написать об этом. Не о себе. О ней — той, чья любовь превратилась в тихое выживание. Которая каждый день выбирает: быть собой — или быть любимой. Это не история о лжи. Это — о страхе, который заставляет молчать даже тогда, когда молчание — медленная смерть. ** Её зовут Анна. Ей 29. Живёт с парнем год. Всё серьёзно. Дело идёт к свадьбе. Он работает в банке, она — редактором. По утрам он варит кофе, она — собирает ланч. По вечерам смотрят сериалы, он обнимает её сзади и говорит: «Ты — моя чистая»...

«Ты — моя чистая», — говорит он каждое утро. А она молчит. Потому что в самом начале сказала: “Был один”. А было — девять. ** Что, если любовь требует не идеальности, а уязвимости? Что, если каждое “ты — чистая” — это не комплимент, а приговор? Скоро я расскажу о женщине, которая — боится, что правда уничтожит всё, что у неё есть, — каждую ночь ловит себя на мысли: «А вдруг кто-то знает?», — и не может выбрать: быть собой — или быть любимой...

Раньше я писал о том, как рушатся границы в любви, семье и профессии: — когда отец говорит «У меня есть женщина» в Новый год, — когда учитель уходит, потому что будущее пылится под интерактивной доской, — когда работа превращается в выживание за мечту под названием «Египет». Но есть ещё один разрыв — тихий, абсурдный, почти комичный, который не вызывает слёз — а смех сквозь зубы: это когда твой 25-летний руководитель игнорирует тебя три дня, а потом пишет: «Ой, не видела!» — и исчезает снова. Это не про лень...

«Ой, не видела! Щас посмотрю», — пишет 25-летний руководитель, а через три дня исчезает снова. А вы — сидите в 23:00, исправляете её слайды, и думаете: «А моя жизнь — где?» ** Что, если “work-life balance” — это когда баланс в пользу не вас, а её отпуска в Португалии? Что, если ваш опыт — не ценность, а помеха для её “уникального видения”? Скоро я расскажу о мужчине, который — не злится, а устал доказывать, что его работа — не...

Раньше я писал о том, как рушатся границы в любви и семье: — отец уходит к “женщине”, — дочь становится гостьёй в родном доме, — жена — тень в чужом треугольнике,

Что, если настоящая сволочь — не та, кто запрещает, а та, кто позволяет — только чтобы её любили? Что, если “хорошая мама” — это миф, созданный теми, кто боится сказать: Скоро я расскажу историю женщины,...

Дорогие читатели, 31 декабря — время, когда мир требует: «Будь счастлив! Улыбайся! Верь в чудо!» А я, как обычно, подумал: «А вдруг чудо — это не то, что падает с неба, а то, что ты не ушёл, даже когда всё рушилось?» Так что вот мои не-пожелания: 🪄 Желаю вам не “счастья”, а спокойствия — того самого, где можно сказать «мне больно», и тебя не пошлют “позитивиться”. 🪄 Желаю не “любви”, а честности — даже если она режет, как осколок ёлочной игрушки. 🪄 Желаю не “успеха”, а права на передышку — без чувства вины, что вы “ничего не делаете”...

До сих пор я писал о границах, которые рушатся изнутри: — когда дочь становится гостьёй в родном доме, — когда отец говорит «У меня есть женщина» в Новый год. Но есть ещё один разрыв — тихий, почти незаметный...

Что, если “да” — это не слабость, а смелость? Что, если молчание — не любовь, а страх быть непонятым? Что, если пять лет ожидания — это не терпение, а постепенная утрата себя? Скоро я расскажу историю...