Серийный убийца в послеблокадном Ленинграде: как бывший фронтовик стал Филиппом Кровавым
В предыдущей публикации мы уже отмечали, что преступники — такой же маркер эпохи, как выдающиеся политики, военачальники, учёные или деятели искусства. Они тоже отражают своё время, его страхи, противоречия и болезни. Но могут ли исторические условия сами по себе порождать определённый тип преступников? Скорее, нет. Однако история знает периоды, когда обстановка в странах и в мире порождала благоприятную среду для тех, кто готов был наживаться любыми средствами, даже если речь шла о тяжких и особо тяжких преступлениях, будь то Чикаго 1930-х, Россия 1990-х или ранние послевоенные годы...
