Дмитрий Д. (Мистика)

Случилось это, когда мне было лет 8, наверно. Я росла обычным ребенком в обычной советской семье. Каждое лето меня, бледного городского заморыша, отправляли к бабушке отца в деревню. Я не очень любила туда ездить, для такой мелкоты там не было компании — все деревенские ребята были значительно старше, а с годовасиками мне самой было неинтересно. В итоге я просто все лето слонялась по двору, помогала прабабушке — крепкой жилистой старухе, пила парное молоко и считала дни до приезда родителей. В начале августа на нашем участке появился монстр...

Хотелось бы сохранить анонимность, рассказывая эту историю. Произошла она год назад. Проживаю я в подмосковном городке. Обычный такой город с хорошо развитым производством, благодаря чему практически не нуждающийся в дотациях, ибо сам может себя обеспечить. В городе идёт бурное строительство всего, чего только можно, поэтому облик города меняется на глазах. В общем, жить в городе довольно приятно, как и в любом динамично развивающемся поселении. Однако, зарплаты растут не так быстро, как сам город, поэтому работаю я в Москве...

Мой девятый день рождения был самым лучшим. Я получил набор трансформеров с Бамблби и Мегатроном, офигенно крутой торт в виде Оптимуса Прайма, который испекла моя мама, и пару раций. Отец сказал, что он играл с этими рациями, когда был маленьким. – Иногда, сынок, – говорил он, похлопывая меня по плечу, – старые игрушки самые лучшие. Ты не поверишь, сколько удовольствия я получил с ними, когда был ребёнком, и теперь, я хочу, чтобы ты тоже. Поначалу я не знал, что и думать о рациях, но всё разрешилось само собой...

Учусь я в одном из полувоенизированных учебных заведений нашей страны. Не буду вдаваться в подробности — школа милиции это, училище МЧС или же военный институт — не суть важно. Важно лишь то, что ВУЗ наш является режимным объектом, то есть огражден забором, имеет КПП, внутри института несут службу наряд-патрули, караул, дневальные и т. д. И в силу нашей военной направленности мы часто имеем дело с боевым огнестрельным оружием различного вида и назначений, в том числе и с пистолетами. Специально для...

Ирочка, солнце, проснись! Проснись! – в отчаянии шептал Игорь дрожащим голосом. Ира не просыпалась. Широко открытые глаза застыли, руки раскинулись по полу. Игорь целовал Иру, её лицо, губы, глаза, шептал её имя, пытаясь разбудить, но Ира не просыпалась. Из её пробитого черепа вытекла небольшая лужица крови. Кровь уже застыла. - Ирочка, солнышко моё, я сейчас тебе голову помою, - обезумев от горя, решил Игорь и бережно поднял её тело. Её волосы, прилипшие к полу, с сухим треском оторвались. На паркете остался клок волос в черной застывшей луже...

Я живу в простой московской пятиэтажке в квартире под номером 47. Соседствует со мной, естественно, квартира, на двери которой чуть-чуть косо висит жёлтая табличка с числом 48. И нет, опережая вопросы — в этой квартире, насколько я знаю, за всю её сорокалетнюю историю никто не умирал. Люди, которые в ней жили, не жаловались на странные шумы и видения или на то, что стулья в ней сами собой скользят по полу. По всем признакам это среднестатистическая однокомнатная квартира со всеми удобствами, идеальное обиталище для одиноких молодых (и не очень) людей...

Увязалась я как-то за своими родителями, приглашенными на сельскую свадьбу. Не люблю знаете ли, всяких пафосных торжеств, груды белой тюли, стоящей целое состояние, на невесте, казенных домов – искусственно все это. А тут приехали – берег чистой и прозрачной реки, поляна, усыпанная цветами, аккуратные домики вдали... м-м-м, невероятно красивое местечко. Стулья и столы, выстроившиеся в предлинном ряду, накрытые домашними тканными скатёрками, и красующиеся на этих столах всевозможные угощения – по всей видимости, организовали эту красоту, что называется, "всем миром"...

Честер торопился. Пританцовывая, он шёл по «мёртвой дороге», то и дело впиваясь взглядом в корявые буквы из записки: «я буду ждать тебя в три часа на водохранилище». Дрожащими потными руками Честер шарил по карманам куртки, но всякий раз, натыкаясь на мятую пачку сигарет, тряс головой, щёлкал пальцами, словно гипнотизируя самого себя, и повторял, что курение его убьёт. Своеобразного гипноза хватало на минуту, и вот уже Честер вновь тянется к карманам. Она ненавидела табачный дым. Честер знал, что она начнёт задыхаться, даже если кто-то покурит на другом конце страны...

Началось всё в 2000 году. Я попала в страшную аварию — из четверых, кто находился в машине, выжила только я, отделалась легким сотрясением мозга. Вот тут и начались странности: я абсолютно не помнила, кто были те люди, которые находились со мной в машине, как я в ней оказалась и что я делала на другом конце города, где до этого я была всего пару раз, и то проездом. Случай этот стал постепенно забываться: я была молодой и решила не заморачиваться, убедив себя, что в машине я оказалась совершенно случайно (скажу сразу, что я не пью и не употребляю наркотики)...

Эту историю мне поведала моя школьная учительница по алгебре. Рассказать так, как рассказала это моя учительница, я не смогу. Но хотя бы постараюсь. Дело было во времена блокады Ленинграда. Моя учительница со своей бабушкой, мамой и двумя сестренками жила в Ленинграде во времена блокады. Ей на то время было 6 лет. Жили они в квартирном доме ближе к центру города. Поначалу было не так трудно, и еды хватало. Однако с каждым днем становилось все сложнее и сложнее, еды уже на всех не хватало, в день удавалось съесть лишь корку хлеба, и то не всегда...

Прошу вас, воздержитесь от высказываний на подобии: «Ты просто ударился головой». Изложить произошедшую ситуацию в таком формате я и сам смогу. Хоть я и терял сознание, но голову не бил. Пострадало плечо и немного ноги. После аварии, я довольно быстро восстановился. Физически! Покоя мне не даёт только увиденное. Необъяснимое. Осталось слишком много вопросов. Я верю в то, что видел другой мир. Был там. Нет, не в загробном, где свет в конце тоннеля. Это было что-то иное. Я назвал его Пустой мир. Бледная копия нашей реальности...