Сергей Андреевич Подмолотов. Крейсер Грозный

!Осторожно! Дальше неразбавленная обсценная лексика. Комар подходит справа, со стороны поликлиники. Идёт себе, хмурится на замерзающие лужи, руки по локоть в карманах. Губы то кривятся в разговоре с собой, то замирают в улыбку наоборот. Патлы развеваются по ветру. Сам весь, как будто не от мира сего. Башар, наполовину проглоченный, копается под капотом старенькой Нексии. Комару издалека видно только, как торчат наружу короткие толстые ноги, обтянутые джинсой и кусок тулова, вырвавшегося из-под куртки на волю. Белые кроссовки его ослепляют. Флегмат сидит внутри, на водительском; барабанит пальцами по рулю, иногда высовывает в окошко короткостриженую голову для советов Башару...

!Осторожно! Дальше неразбавленная обсценная лексика. - Но что-то кони мне попались при-и-ви-редлии-вы-ы-е! – хрипит Комар, подпевает, - Посмотри, Ром. Не сильно распухло? – Комар вытягивает шею, демонстрируя боевые потери на лице. Флегмат внимательно осматривает физиономию Комара. - Башка не кружится? - Нет. Губу, суки, разбили, - Комар елозит языком по разбитой губе, морщится. - Ну это нормально, Дим. До свадьбы с Ленкой заживёт. Ты мне вот, что скажи, - хохотнул Флегмат, - Ты чего там за джихад устроил? - Я устроил?! – кипит Комар, - Да я стоял, никого не трогал. Уроды эти подвалили. - Чего...

!Осторожно! Дальше неразбавленная обсценная лексика. Башар паркуется на въезде в глухой тёмный двор. Унылый пейзаж серых панельных пятиэтажек, следы асфальта на земле, скупая растительность. В общем, обыкновенная окраина Мордора. На улице безлюдно, как на футбольном поле зимой. - Прикольно здесь, - подмечает Флегмат, - Как в Сайлент Хилле. - Трёхселище, - ориентируется на местности Башар, - У меня тётка недалеко живёт. - Вас, татар, где только не встретишь, - бурчит Комар, как всегда нахмурившись, - До всюду добрались. - Я башкир, - уточняет Башар, придирчиво разглядывая кроссовки. - Ну что, погнали? Вон тот дом, – Флегмат показывает пальцем направление...

!Осторожно! Дальше неразбавленная обсценная лексика. - Башарио, твоя помойка хоть не развалится? – спрашивает Комар. - Да не должна, - пожимает плечами тот, - Тормоза уйти могут только. - Куда уйти? - Ну провалиться. - И чего будет? - Ничего не будет, тормозов в том числе. - А ну тогда ладно, - успокаивается Комар, - Включи хоть радио. Далеко ехать? - Да не особо, если не встрянем на съезде, - Башар включает магнитолу, ловко крутит баранку, размахивая локтями. Нексия медленно выруливает по улице, вкусно хрустит лужами, покрытыми тонким слоем льда, словно суп жиром. - Слышь Ром, - подаётся вперёд неугомонный Комар, - Посвяти в детали плана? - Меньше знаешь, дальше едешь, - отрезает Флегмат...

!Осторожно! Дальше неразбавленная обсценная лексика. Комар подходит справа, со стороны поликлиники. Идёт себе, хмурится на замерзающие лужи, руки по локоть в карманах. Губы то кривятся в разговоре с собой, то замирают в улыбку наоборот. Патлы развеваются по ветру. Сам весь, как будто не от мира сего. Башар, наполовину проглоченный, копается под капотом старенькой Нексии. Комару издалека видно только, как торчат наружу короткие толстые ноги, обтянутые джинсой и кусок тулова, вырвавшегося из-под куртки на волю. Белые кроссовки его ослепляют. Флегмат сидит внутри, на водительском; барабанит пальцами по рулю, иногда высовывает в окошко короткостриженую голову для советов Башару...