Волшебный Грааль

Комплекс прилежного ученика, комплекс отличницы – это боль! Самая настоящая боль моей жизни. Вот что, казалось бы, такого плохого в том, что ребенок хорошо и самостоятельно учится. Это же круто! Когда тебе и грамоты, и золотые медали, и подарки, путешествия поощрительные дарят. У декана на первом счету. Аспирантура? Пожалуйста! MBA? Ну, конечно! Сама по субботам в читальном зале библиотеки засиживается. Родители в приятном расслабоне – это же классно, когда не надо чахнуть над уроками после работы вместе с чадом, выслушивать гневные тирады учителей на родительском собрании...

Ангел стоял в густом белом тумане с полуприкрытыми глазами. В груди все еще сильно болело, и было трудно дышать, собственные крылья казались невыносимо тяжелыми. Так всегда происходит после смерти, особенно в случае обширного инфаркта. Ангел старался расслабиться и не думать о еще ярких переживаниях гибели человеческого тела. Он огляделся вокруг… Первый слой после человеческого плана, заполненный плотным туманом, – это слой очищения и боли, весьма опасный и коварный. Кроме того, что оставляющие...

Мой муж считает, что я не умею убираться. А самое главное, я не люблю мыть полы. Представляете?! Типа я должна с удовольствием ползать на карачках. Когда он особенно начинает зудеть, это сигнал, что пора все таки решиться и сделать. И эврика! Я нашла место, откуда стоит начинать делать уборку. Со своей головы. Приступим! Открываем крышечку. Вуаля! Так я и думала – ла – ла. Сверху плавает самый распространённый мусор – прилипчивые жертва, комплекс отличницы и «хорошей девочки«. Без раздумывания обеими руками загребаю этот хлам и выкидываю в мусорное ведро...

Кромешная тьма окружает меня. Ночной воздух прохладен, но стремительные прыжки и кружения полностью увлекают в игру. Это как с детства знать сказку, но до конца не верить в ее реальность. Но вдруг, самой же в этой сказке и оказаться. Мне всегда было интересно увидеть настоящую ведьму или колдунью: «Какая она? Устрашающая, прекрасная? Злая, мудрая, веселая? Она умеет читать мысли?» Сейчас их много вокруг меня. Но в темноте мельтешат только буйные тени, слышен шелест юбок и смех. Танцующие ведьмы кружатся в ночи, толкаются, хихикают, уворачиваются от моих попыток их разглядеть...

«А! Вот и он! Вот и он!» – вижу его издалека. Юноша спускается по тропке, вьющейся с полого холма в низинку. Июльский солнечный день, яркая зелень сочной травы, нежный послеполуденный ветер. Когда хочется смеяться и нежиться просто так, только от того, что ты есть, можешь чувствовать, осязать, вдыхать. Юноша в том прекрасном возрасте мужчины, когда кровь горяча, тело гибкое, а умение радоваться и удивляться открывает способность ценить красоту. В его руках дудочка, которую он пробует на вкус, прикасаясь губами к инструменту...

«День предсказания! День чуда! Грядет день исполнения пророчества!» - кудахтали гологрудые русалки по пояс выскакивая из воды и тараща глаза в сторону леса. В конце концов, весь этот шум порядком надоел Водяному Царю, – правителю всего водного и мокрого в этом Мире - он поднялся из речных глубин и направился в сторону прибрежного леса. Вся водная свита последовала за Царем. Поначалу Лес уважительно расступился перед важной процессией. Но вскоре Водяной остановился, крякнул, плюнул себе под ноги...

Когда-то она была прекрасна. Но это было столь давно, что никто уже и не вспоминал, как она выглядела на самом деле. Сейчас она носит маски. Часто заячью, а ее любимые – птичьи. То алая райская, то нежная сиренево-голубая горлица. Но заглядывать под маску уже не очень-то и хочется, - а вдруг там уродство. А раньше была она чудесной девой и носила шелковые одежды цвета лазури, свежей хвои и молодых звезд. Ритуальным убором служила голова огненно-красного петуха с золотыми и синими перьями фазана...