Художественное чтиво. Рассказы и истории

Статью хотела выложить ещё 4-го августа, т.к. в этот день исполнилось четыре месяца, как я завела канал на Дзене. Так себе, конечно, дата. И не год, и не полгода. Размахнулась значит я пером, вот сейчас как расскажу, вот сейчас как насоветую, вот сейчас как.... Что? На монетизацию вышла 17-го июля, подключить получилось только 20-го июля. То селфи не так сделано, то фото паспорта не четкое. Через пень колоду, подключилась. И тут произошло что-то не понятное для меня. Показы на мой канал с момента подключения монетизации упали в НОЛЬ...

Серый вечер понедельника казался таким же пустым и бессмысленным, как все последние годы её жизни. Лена сидела за кухонным столом, медленно помешивая остывающий чай. За окном моросил мелкий дождь, капли стекали по стеклу, словно слезы, которые она давно перестала проливать. Жизнь превратилась в бесконечную череду будней, где каждый день был похож на предыдущий — монотонный, серый, унылый. Она уже давно не ждала чуда, не надеялась на перемены. Лена и Андрей были счастливы. Они встретились в университете, когда оба искали себя и своё место в мире...

Старик каждый день выходил на балкон рано утром. В тишине утреннего города, когда ещё не проснулись машины и даже птицы только начинали свою песнь, он сидел в своём любимом кресле-качалке, держа в руках старую фарфоровую кружку с чаем. Горячий напиток согревал руки, а солнечные лучи, осторожно пробиваясь сквозь облака, дарили тепло сердцу. На этот раз всё было иначе. Сегодня он заметил её — новую соседку. Молодую девушку с длинными волосами цвета тёмного янтаря. Она стояла на балконе дома напротив, улыбаясь чему-то невидимому...

– Ира, нам надо поговорить... Её рука замерла над дверной ручкой. Голос мужа звучал странно — глухо и ровно, будто речь, давно проговоренная вслух десятки раз перед зеркалом. Она обернулась медленно, словно боясь увидеть другого человека на месте своего мужа. – Что случилось? Сергей стоял посреди комнаты, держа руки на поясе, взгляд потухший, плечи опущены. – Мне предложили работу... там, в Питере. Она почувствовала, как сердце пропускает удар, оставляя пустоту внутри груди. – Это же здорово! Ты ведь мечтал переехать туда! Но её радость была фальшивой...

— Остановись! — крикнула Катя. Антон включил «аварийки» и притормозил на обочине. Катя сидела рядом, чувствуя, как её сердце бешено колотится в такт работающего двигателя. — Что случилось? Тебе плохо? Может вернемся в город? - Антон испуганно посмотрел на неё. — Мне страшно… — Почему? Катя молчала, глядя прямо перед собой. Она знала, почему ей страшно. Потому что прошлое возвращалось вновь, угрожающе нависало над ними обоими. Воспоминания, которые она старалась забыть, вновь всплыли, словно чёрная тень, готовая поглотить всё хорошее, что было между ними...

Продолжение. Начало читать здесь. Однажды вечером, когда в офисе остались только они двое, Александр Владимирович пригласил Елену в свой кабинет. — Елена, — начал он, — я давно хотел поговорить с вами не как с сотрудником, а как с девушкой. Вы для меня стали гораздо больше, чем просто помощница. Елена почувствовала, как сердце забилось быстрее. Она смело встретила его взгляд. — Я тоже давно это чувствую, Александр Владимирович. Он подошёл ближе, осторожно взял её руку в свою. — Я знаю, что у меня есть семья, и это сложно...

Любая семейная ситуация имеет две стороны — мужскую и женскую, каждая из которых видит происходящее сквозь призму своего опыта и чувств. В этом рассказе была показана ситуация, когда семейные отношения страдали из-за ревности мужа. Теперь давайте посмотрим, как могут сложиться обстоятельства, если жена ревнует без причины. — Ты опять с ней переписывался? — Наташа появилась в комнате и смотрела на мужа, прищурив глаза. — О чём ты? — Пётр перевел взгляд с телефона, пытаясь скрыть раздражение. — Какая по счету «она»? — Не делай вид, что не понимаешь...

— Ну, вот опять! — сердито буркнул Андрей, оказавшись плотно зажатым между начальником отдела продаж и пухлой секретаршей директора Лизой. Его лицо покрылось пятнами, губы плотно сжались, руки бессильно повисли вдоль тела. Его коллега Олег, стоящий рядом, хмыкнул и пожал плечами: — Ничему не удивляюсь! Андрей лишь глухо простонал, глядя вверх, словно пытаясь взглядом пробить потолок тесного металлического кубика. Все замолчали, ожидая спасения. Их нервозность нарастала с каждой секундой молчания механизмов...

Продолжение. Начало читайте здесь. Вика вздрогнула. Вечерняя тишина в номере казалась теперь особенно громкой. Она медленно подошла к двери и, сдерживая дрожь в руках, приоткрыла. – Роман? – прошептала она, не веря своим глазам. Он стоял в коридоре, слегка усталый, но с той же искренней улыбкой, что и много лет назад. – Прости, что так внезапно, – сказал он тихо. – Я не мог уйти, не увидев тебя ещё раз. Мне нужно было сказать кое-что важное. Вика пригласила его войти, и они сели напротив друг друга, словно пытаясь прочесть друг друга глазами, обойдя слова...

— Ты опять забыл про нашу годовщину? — Лена поверить не могла в то, что снова приходится говорить мужу эту фразу. — Я не забыл, — сказал Игорь даже не отрывая глаз от ноутбука. — Просто… я сейчас готовлюсь к очень важному звонку. Через десять минут. Мы можем поговорить позже? — Позже? — Она рассмеялась, но в этом смехе не было ни капли веселья. — Я уже три года живу твоими «позже». Игорь, наконец, посмотрел на неё. В её глазах не было слёз. Только пустота. И это пугало больше, чем если бы она истерила...

— Данила, скажи, что значит эта надпись? Яна смотрела на парня перед собой. Данил был её старшим братом — худощавый, двадцати двух лет, высокие скулы и серые глаза, такие же, как у неё самой. Но сейчас взгляд брата затуманился каким-то нездоровым блеском, губы дрожали едва заметно, словно сдерживая улыбку. Она провела пальцем по странной татуировке на руке Данила. Набитый символ выглядел одновременно примитивно и зловеще. Тонкая линия плавно изгибалась, образуя нечто среднее между крестом и свастикой, окружённое завитушками...

— Мама? Голос девушки дрожал, а глаза расширились, словно она увидела призрак. Женщина перед ней выглядела точно так же, как в детских воспоминаниях — такая же тонкая, хрупкая, с улыбкой, которая казалась одновременно приветливой и отстранённой. Она стояла посреди торгового центра, слегка растерянная среди суеты покупателей, будто пытаясь вспомнить, зачем пришла сюда. Она медленно повернулась к дочери, лицо застыло, потом вдруг осветилось удивлением и... стыдом? — Аня... Они стояли друг напротив друга, каждая испытывала смесь эмоций — страх, радость, боль, сомнение...