Хорошие рассказы

— Агнева! — воскликнул Аншерол, едва они переместились на опушку леса. Солнце стояло почти в зените. Было жарко. Нарцита удивилась, как быстро Любовь восстановила силы после удаления метки. Очнулась она через час. Обожжённая кожа заживала буквально на глазах. Маги, конечно, выздоравливали гораздо быстрее простых смертных, но все же Любовь поражала. Аншерол, глядя на мага, хотел что-то сказать, но промолчал. Женщина услышала только прошептанное слово мать Хранительницы. Маг решила, что он бредил...

Тюремное заключение сроком на полгода. Таков вердикт Высшего суда Джанара. Не слишком суровое наказание для молодой женщины-мага, не сумевшей помочь войску в трудную минуту. Все могло закончится печальнее. К примеру, виселицей. Только не надо считать, что Джанар не ценит магов. Еще как ценит! На сотню обученных военных магов приходится двое-трое казненных, да и то их вины стали позорить всех магов. Само слово военный маг стало чуть ли не ругательным. Как же обойтись без сурового наказания? Да, ей-то, Любови, повезло, а напарнице, Найли, нет...

— Папа! У меня не получилось его убедить! — женщина вбежала к Степану. Щеки ее пылали подобно летнему закату. Глаза опухли от недавних слез, все еще стоящих в глазах и готовых сорваться вниз. — Ты о ком говоришь? — тяжело сел на лавку Степан. Он только что проснулся и не понимал, о ком ему сообщает женщина. — Генка зеркалу не поверил, — растолковала та. — Совсем не поверил? — усомнился Степан. — Оно же показывает правдоподобно. — Когда я вошла, он плакал, а потом…, — женщина запнулась. — Продолжай! — потребовал мужчина...

Леонид с мальчиками стояли на краю деревни и озирались по сторонам. Якоута нигде не было видно. — Мы переместились в пространстве или нам все это кажется? — первым нарушил тишину Генка. Именно неестественная тишина окружала путешественников. Ни говора людей, ни звуков домашних животных, ни даже дуновения ветерка. Люди стояли на солнце, но не ощущали его тепла. Создавалось ощущение, что путешественники смотрят на картину, а не находятся в реальном мире. — Думаю, переместились, — ответил Леонид. — О коллективном помрачнении рассудка мне еще слышать не приходилось...

Наблюдая за полетами птиц, оставшихся прежними после Катаклизма, Генка мечтал подняться в небо. Он хотел увидеть землю с высоты птичьего полета. Мальчик часто задавал себе вопрос: почему мир, так изменившийся после Катаклизма, породивший новые виды растений и животных, совершенно не изменил облик своего главного творения — человека? Было бы потрясающе отрастить себе птичьи крылья и летать. Летать и быть свободным. Летающие люди — персонажи древних мифов, о которых Генке поведали бабушки. Иногда они...