Глоток города

Наутро Иннокентий Иннокентьевич устроил в квартире настоящий переполох. Он заметил книжную полку и, словно ребёнок, с азартом стал перебирать медицинские тома, взлетая с одной ноги на другую, а его янтарные глаза блестели от любопытства и хитрости. — Доктор… — сипло произнёс он, держа в руках анатомический атлас, — а вы мне позволите самому определить, кого спасать, а кого… нет? Илья Евгеньевич вздохнул и сел в кресло, скрестив пальцы: — Иннокентий Иннокентьевич, пока вы осваиваете человечность, я определяю рамки дозволенного...

На Пречистенке, меж серых домов с облупленными стенами, в морозный январский вечер доктор Илья Евгеньевич Третьяков — человек прямой, принципиальный, враг взяток и халтуры — подбирал странный силуэт. Это оказался ворон, чернее ночи, с подбитым крылом и мутным глазом. Птица каркнула сипло, будто жаловалась на весь мир. — Эка напасть… но пациент есть пациент, — произнёс Илья Евгеньевич, и, не долго думая, сунул ворона в старый саквояж, обычно предназначенный для стетоскопа и пиявок. Вскоре в его квартире...

Петя Хазин, модник и стиляга с погонами, каждое утро приводил себя в порядок с помощью электробритвы «Нева». Он всегда любил подчеркнуть: «На самом деле это не «Нева», это иностранный бренд, читается как «Хеба»! Настоящий шик!» Коллеги морщились, но Петя только усмехался, наслаждаясь властью и своей исключительностью. Он привык к вседозволенности и безнаказанности, и это делало его циничным до костей. Любой гражданин для него был лишь пешкой на шахматной доске советской милиции. Петя открыто презирал...

Дубин стоял на марсианской равнине, мелкий, блондинистый, в очках, и его зелёные глаза смотрели на горизонт с восторгом и лёгкой тревогой. На Земле ему было одиноко. Люди казались ему слишком ленивыми и слишком увлечёнными собственными страстями. Он мечтал о другой планете, о другом законе природы, о жизни, где изобретение служит человечеству, а не только власти или деньгам. Его уникальный двигатель, питающийся энергией раскрывающегося семени, медленно охлаждался после перелёта. Дубин присел на колени, ощущая мягкий марсианский песок под пальцами...

Деревянный стол скрипел, когда Денис наклонился ближе, высунув кончик языка. Бирюльки лежали перед ним, как маленькие загадки. Он тянул тонкую палочку, стараясь не задеть остальные, и вдруг остановился, будто что-то щёлкнуло в голове. — Эврика! Придумал! — выкрикнул он так громко, что за окном взлетела курица. Дверь хлопнула. Вошёл Макс с двумя бидонами молока, чуть не выронив их от неожиданности. — Ну ты даёшь, Архимед, — усмехнулся он. — Только в ванной не ныряй, у меня там полотенце сохнет. — Я серьёзно, — глаза Дениса сверкали...

— Ты не понимаешь, Макс, — Денис упрямо стучал шариком по дощечке с бирюльками, — игра — это ведь целая философия. Вот смотри: вытаскиваешь одну деталь, и уже меняется весь рисунок. Как статья в газете: одно слово — и смысл другой. — Философ, — фыркнул Макс, подбрасывая на ладони пустую пачку «Явы». — Только газета завтра же пойдёт в мусор, а игра — вообще для детей. — Ошибаешься, — Денис улыбнулся краешком губ. — Газета — это история, даже если в неё потом завернут семечки. Игра — это тренировка...

Топи, Архангельская область, 1986 год. Денис Титов вышел из дребезжащего ПАЗика и первым делом закурил. Снег ещё не лёг, но воздух уже пах зимою и смолой. Сюда, в глухую деревню с говорящим названием Топи, его занесло вовсе не по службе — сам захотел. Сбежать от московской суеты, от бесконечных строк кода и очередей в гастрономах. У клуба, перекошенного и обшитого серыми досками, его уже ждал Кольцов — Макс, журналист, худой, с вечным блокнотом под мышкой. Увидев Дениса, он ухмыльнулся: — Ты, значит,...

Иногда хочется не экспериментов с фильтром или матча-латте, а чего-то простого, понятного и тёплого. И вот тут MacCoffee 3 в 1 со вкусом сгущённого молока оказывается как раз в точку. Саше легко взять с собой в дорогу, на работу или в поездку. Всё, что нужно — горячая вода, и у вас уже готова кружка кофе с молочным вкусом. В пакете уже есть и кофе, и сливки, и сахар. Никаких хлопот — только готовый баланс...

Недавно я попробовала сироп Pinch&Drop «Личи» — глюкозно-фруктозный сироп в стильной стеклянной бутылке. И знаете, он оказался маленьким приключением прямо в капучино. 🔹 Вкус и аромат Первый глоток — и в голове возникает картинка прозрачного, чуть цветочного фрукта. Личи здесь не приторный, а свежий, с деликатной сладостью. Нет химозной тяжести, которая часто портит экзотические сиропы. 🔹 Текстура и подача Сироп густой, блестящий, удобно дозируется. В капучино растворяется равномерно, не оставляет липкого ощущения...

Иногда мне хочется чего-то лёгкого, уютного и чуть-чуть необычного. Jacobs Monarch Cherry 3 в 1 стал для меня именно таким маленьким открытием. ✨ Аромат С первого глотка встречает нежный вишнёвый букет — мягкий, не приторный, а именно тот, что создаёт настроение. ✨ Вкус Баланс идеально найден: кофе даёт бодрость, сливочные ноты добавляют мягкости, а лёгкая фруктовая сладость делает вкус игривым...