Поэзия жизни / Геннадий Соколов

Как много строк написанных душой Я посвятил тебе, моя родная. Талант мой принят стал большой Землей И смог коснуться красотою рая. Как много слов чувствительных, живых Мне удалось впустить в большое сердце. Где наше счастье только для двоих, Вмиг ощутило высшее блаженство. Я без тебя не видел красоту, Не ощущал волны прекрасной моря. Я погружался только в глубину, В оковы сжатый бесконечной болью. Я без тебя, поверь, не мог творить И вновь держал в себе произведения, Что так хотели в небесах парить, Совсем не зная колкие сомнения...

Как много строк написанных душой Я посвятил тебе, моя родная. Талант мой принят стал большой Землей И смог коснуться красотою рая. Как много слов чувствительных, живых Мне удалось впустить в большое сердце. Где наше счастье только для двоих, Вмиг ощутило высшее блаженство. Я без тебя не видел красоту, Не ощущал волны прекрасной моря. Я погружался только в глубину, В оковы сжатый бесконечной болью. Я без тебя, поверь, не мог творить И вновь держал в себе произведения, Что так хотели в небесах парить, Совсем не зная колкие сомнения...

Позволь цвести пылающей весне, Позволь дарить цветы великолепия. Я посвятил любовь свою тебе, Создав стихи, что будут жить столетия. Позволь цвести пленительным садам, Что снова дарят роз благоухание. За красоту такую все отдам, Она волнует волшебством сознание. Я долго ждал, когда пройдут дожди, Когда снега зимы совсем растают. И нежный ветерок родной весны, Поднимет в небо снова птичьи стаи. Я не писал чарующих стихов, Не получая днями вдохновение. Но, наконец, вернулась к нам весна И подарила лепестков цветение...

Давно забрал тебя я в наше лето, Что до краев наполнено любви. В круговорот немыслимого света, Где я исполню все твои мечты. Где ты легко мне явишь вдохновение, Когда коснусь твоих любимых губ. Как красоту небесного цветения, Где расцветают все цветы вокруг. Давно забрал тебя я в наше лето, Там никогда не будет той зимы, В которой ты любимая так мерзла Без моего внимания и любви. В которой ты писала мне куплеты, Но почему-то не могла читать. Моим теплом ночами не согрета, Вновь отправлялась, не желая спать...