Привал в темноте

Небесный свод усыпан мириадами Мерцающих огней. И ненароком взгляд Бороздит пространство, что закатами Омывалось миллиарды лет подряд. Звезда с звездой танцуют витиевато — И образуют мифологический узор, Названный созвездием когда-то...

Я бескрайне люблю моменты, когда только-только прошёл дождь, ты открываешь окно — и этот свежий, дурманящий аромат заполняет всю комнату. Эффект усиливается вдвойне, если до этого на улице стояла безумная жара, и вся природа изнывала в ожидании небесной воды. Мне обычно не нравится дождливая погода, потому что есть в ней что-то меланхоличное, но я искренне радуюсь осадкам после изнуряющего душного дня...

Не знаю, почему, но всё чаще возвращается мысль о том, что в жизни каждому этапу отведено своё время. И если ты не проходишь его тогда, когда надо бы, он всё равно настигает тебя позже — только уже в более тяжёлых обстоятельствах. С возрастом это требует больше усилий, ресурсов, да и последствия игнорирования таких «вех» ощущаются острее. Это как с "детскими" болезнями: если не переболеть ими в детстве, то эти же самые недуги в более позднем возрасте могут стать фатальными. Я не особо верю в предначертание...

No lingering, I hate good-byes, Do leave me after all is said and done. The only consolation is that time flies, So future might be brighter than the sun. But still I've no regrets, you know, Just one request, a simple thought — Give me one last kiss before you go, And please, forget me not, forget me not.* 30...

Помидорно-красные разводы на сизом холсте неба с каждой минутой приобретают форму гигантского раскалённого солнца, поднимающегося над горизонтом. Сквозь открытое окно доносится неспешное радостное пение птиц, возвещающих о наступлении утра. Лёгкий ветер обвивает ветви деревьев подобно страстному любовнику, заставляя трепетать от прикосновения. Раннелетняя зелень настолько насыщена, как бы давая понять, что весь сезон ещё впереди — и от этой мысли внутри становится тепло...

В моменты, когда жизнь подбрасывает испытания — особенно те, которых никак не ожидаешь, — начинаешь размышлять в стиле "если бы да кабы". Осенью прошлого года я ушёл из одного проекта и потом долго не мог найти работу. И вот в такие периоды, когда тревога буквально заполняет каждую клеточку, из глубин сознания поднимаются все демоны в виде страхов и неуверенности, которые раньше, казалось, спали где-то в тени. Мелькают мысли: "А вдруг со мной что-то не так?", "Может, я не настолько хорош, как о себе думаю?", и даже доходит до отчаяния — "Зачем я вообще в это ввязывался, кому это всё надо?"...

Ну вот и завершилась моя стажировочная страда. Честно скажу: не буду делать вид, что всё это время шёл с лёгким сердцем и без переживаний. Было бы, пожалуй, совсем падением, если бы и здесь я не смог пройти хотя бы что-то. Теперь остаётся одно — грести изо всех сил, плыть по течению и внимательно смотреть, куда может привести этот путь. Какого-то очевидного берега или безопасной гавани на горизонте пока что не видно, но, наверное, это и есть суть игры. Учусь доверять процессу, замечать знаки по пути...

Когда долго думаешь над каким-то вопросом, в голове выстраивается целая сеть — причин, следствий, намёков, уточнений. И когда начинаешь говорить или писать, многое опускаешь — тебе-то всё уже ясно. А вот человек со стороны слышит финал, не видя всего, что привело тебя к нему. И может вообще не понять, что ты хотел сказать. Мне научный руководитель сказал однажды: «Пиши так, чтобы понял даже тот, кто в теме совсем ноль». Думаю, это работает и в других контекстах тоже, а не исключительно в писательстве...

При всей своей кажущейся суровости, деревенская жизнь наполнена смыслом и естественной гармонией. Я хорошо понимаю тех, кто в какой-то момент, устав от суеты города, решает перебраться "поближе к земле". Сельский быт избавлен от праздности — здесь всегда найдётся дело: нужно прибраться в огороде, подлатать что-то во дворе, навести порядок в доме. Эта постоянная занятость, по сути, и становится внутренним двигателем жизни. Мне близка мысль, что у сельских жителей депрессия встречается значительно реже — возможно, из-за самой структуры их жизни, подчинённой смене времён года...

Совсем недавно меня осенила мысль: в свои 33 года я чувствую себя интеллектуально куда сильнее и увереннее, чем десять лет назад. Словно каким-то волшебным образом мне удалось разогнать свой мозг, стряхнуть с него ту давящую тяжесть — ощущение, будто кто-то сжимал мою черепушку, и мысли с трудом проворачивались, скрипя, как плохо смазанные маховики. Бесконечно помогли в этом глубокие погружения внутрь себя — путешествия в самые потаённые, иногда пугающие уголки сознания и бессознательного. Всё началось...

Я родился в мордовской семье и полжизни прожил в деревне. С самого детства меня окружали две культуры — русская и мордовская. Бабушка с дедушкой, которые сыграли огромную роль в нашем с братом воспитании, между собой говорили исключительно на мордовском. Но при этом бабушка всегда строго следила за тем, чтобы мы не «портили» русское произношение — поэтому нас никогда не побуждали говорить на родном языке. Ещё со времён Советского Союза в местной школе перестали преподавать мордовский, и почти все мои ровесники в быту использовали преимущественно русский...

Очередная субботняя прогулка подходила к концу. Я завалился в вагон метро, выбрал местечко в уголке — подальше от людского потока, — и включил любимую музыку. Ехать предстояло минут двадцать по прямой, так что я устроился поудобнее и уткнулся в телефон, читая новости вполглаза. Краем зрения заметил парочку напротив: девушка сосредоточенно изучала что-то на экране, а парень держал её за руку и тоже был погружён в свой гаджет. И вдруг — сюрреалистическая картина: молодой человек без малейшего стеснения засовывает палец себе в нос и с каким-то особенным усердием начинает его бурить...