Читаем добрые рассказы и истории из жизни на Дзен (бесплатно)

Он шумел по ночам. Гремел мебелью, включал воду, ходил — будто нарочно. Вера терпела долго. Потом перестала. Поднялась и позвонила в дверь. Открыл мужчина — уставший, с тёмными кругами под глазами. Не извинился. Просто сказал: — Простите. У меня сейчас… сложно. Она ушла злая. А через неделю в её квартире прорвало трубу. Вода лилась с потолка. Паника. Телефон не отвечал. И вдруг — стук в дверь. Тот самый сосед. Он молча перекрыл воду, помог собрать вещи, вызвал аварийку...

Мой внук всё лето играл в шахматы с «дедушкой» на дачной веранде. Но его дедушка, мой отец, умер за 30 лет до его рождения. Мы купили старую дачу. Внук Саша, городской ребёнок, скучал первые дни, пока не нашёл на чердаке шахматную доску с тяжелыми, старыми фигурами. Он увлёкся и пытался научить играть меня, но я не силён. Как-то раз я увидел его сидящим на веранде перед доской. Он делал ход, потом вставал, пересаживался на другой стул, хмурился, делал ответный ход. «С кем играешь?» — спросил я. «С дедушкой, — ответил он не отрываясь...

Заголовок: В старом фотоальбоме с барахолки я нашёл своё детское фото. Но я никогда его не терял. Я коллекционирую старые фотоальбомы. Люблю в них рыться, представляя жизни незнакомых людей. На блошином рынке купил потрёпанный альбом в кожаном переплёте. Дома, за чаем, начал листать. Свадьбы, пикники, школьные линейки... Мир конца 80-х. И вдруг я застыл. На одной из страниц, в пластиковом кармашке, было фото мальчика лет пяти. Мальчик в смешной кепке и с мороженым в руке сидел на той самой лавочке в парке «Юность», что в двух кварталах от моего детского дома...

Заголовок: Я сел в такси и сказал: «В аэропорт». Он взглянул в зеркало и спросил: «Точно?» Это был не лучший день в моей жизни. Прощальный разговор, собранный впопыхах чемодан и одно битие в телефоне: билет в один конец. Я махнул рукой первой же «божьей коровке». «В аэропорт, пожалуйста». Таксист, немолодой мужчина с умными усталыми глазами, встретил мой взгляд в зеркале заднего вида. Помолчал. «Точно?» — спросил он неожиданно тихо, не как таксист, а как старый знакомый. «Конечно, точно, — буркнул я...

Заголовок: Соседка стучала в стену ровно в полночь. Мы злились, пока не узнали её тайный код. Старушка соседка Нина Петровна раздражала всех в подъезде. Ровно в полночь из её квартиры раздавался мерный, настойчивый стук в стену. Тук-тук-тук. Пауза. Тук-тук. Жильцы жаловались, стучали в ответ, но всё повторялось снова. Мы с женой решили поговорить, уже настроенные на скандал. Открыла нам худая, очень аккуратная женщина с ясными, но невероятно грустными глазами. «О, простите ради бога, — сказала она, — это я чайником стучу...

Заголовок: Он оставлял сигареты на могиле неизвестного солдата. Однажды там появилась ответная записка. Каждое 9 мая, ровно в рассветный час, когда туман еще цеплялся за ели старого кладбища, он приходил к одной и той же могиле. Не к родной — своей семьи у него не осталось. К могиле Неизвестного Солдата, с облупившейся звездой. И оставлял на каменной плите пачку «Беломора» и спички. Так делал его дед, прошедший войну. Так делал его отец. Теперь очередь дошла до него. Он никогда не видел, чтобы кто-то брал эти сигареты...

Телефон молчал уже три часа. Обычно мама отвечала сразу. Алёна металась по квартире, прокручивала страшные сценарии. Сколько раз она откладывала звонок? Сколько раз говорила: потом? Она уже вызывала такси, когда телефон наконец зазвонил. — Доченька… я уснула. Всё хорошо. Алёна расплакалась прямо в трубку...

Платье висело в шкафу уже девятнадцать лет. Белое. С биркой. Наталья купила его, когда была уверена: свадьба будет. Не случилось. Она давно перестала злиться. Просто жила — работа, дом, племянники, поездки одна. В тот день она разбирала шкаф. И вдруг подумала: а если больше не будет повода? Она надела платье. Просто так. Посмотрела на себя в зеркало — и расплакалась...

Письмо лежало в почтовом ящике среди квитанций. Без подписи. Без обратного адреса. «Я знаю, что причинил тебе боль. Я был неправ. И ты не обязана помнить меня хорошо». У Ирины задрожали руки. Эти слова мог написать только один человек — отец её дочери, исчезнувший двадцать лет назад. Она не искала его. Не ждала. Научилась жить без ответов. Но письмо вскрыло старое. Ночь без сна. Слёзы, о которых она думала, что они закончились...

Людмила заметила пропажу сумки не сразу. Сначала — тишина в прихожей, потом привычный жест… и пустота. В сумке было всё: документы, кошелёк, телефон. И ещё кое-что, о чём не знал никто — маленький бархатный футляр. Она села прямо на пол. Не плакала. Просто сидела и думала: значит, так и должно быть. даже это — не моё. Футляр она купила для себя. Впервые в жизни. Там лежало кольцо — не помолвочное, не «на память», а просто красивое. Как знак, что она имеет право на новую главу после сорока восьми лет брака, забот, ожиданий и вечного «потом»...

Оля нашла ключи от чужой квартиры случайно. Они выпали из кармана его куртки, когда она вешала её в шкаф. Сначала она не поняла. Потом присмотрелась: брелок, номер домофона на бумажке, связка не её, не запасная. Сердце ударило глухо. Слишком знакомое чувство — когда ты ещё ничего не доказала, но уже всё внутри рушится. Оля была не из тех, кто устраивает сцены. Она просто молча положила ключи обратно, но руки дрожали. Вечером она наблюдала за мужем, как будто впервые его видела. Он был обычным: усталый, тихий, немного рассеянный...

Иногда жизнь не предупреждает. Она просто звонит. Наташа не брала трубку. Телефон вибрировал на столе, экран снова гас, потом загорался — и так несколько раз. Номер был незнакомый. Внутри, почему-то, поднялся холодок. Не страх даже. Скорее ощущение: это из прошлого. Она жила спокойно уже почти пять лет. После развода перестала ждать от жизни сюрпризов: работа, дом, редкие встречи с подругами, взрослый сын, которому «мама, всё нормально». Наташа научилась держаться. И тут — звонок. На пятый раз она всё-таки подняла трубку...