Дмитрий Кравченко | Писатель

ЮНЫЙ ХУДОЖНИК Писать не умею красками, но я научился буквами: на губы бы вылил красного, на брови набросил бурого, и щёки щепотку зарева охотно твои бы приняли. Пусть будет зевакам завидно: в глаза - золотые линии и серые, и, конечно же, на реки волос бы выдавил из тюбика тьму кромешную, которую мир не видывал. Мне голос бы тон подсказывал, ложился мазками плавными. Я всем бы тебя показывал своими словами странными, своими стихами скверными эпохи невозрождения, которым бы жить наверное в картине другого гения.

ЭГОИСТЫ Вокруг живут сплошные эгоисты. У всех какие-то проблемы. Поголовно. Я выступаю в роли слесаря и трубочиста, Механика, психолога и клоуна. Да только вам всем наплевать, Вливая борщ в мои тарелки-уши, Что вы, тем самым, на мою кровать Ложитесь, даже не разувшись. И я хороший друг, приятель, Но ведь из вас никто и не спросил: Старик, а ты ещё не спятил? На жизнь тебе ещё хватает сил? Скажи, о чем твои ночные думы, И почему стремительно теряешь вес? А может быть, я прошлым летом умер, И до сих пор обратно не воскрес. А может быть, в душе моей до сей поры Похлеще гибнущего с голоду крота, Побольше чёрной, галактической дыры Пространство пожирает пустота. Ну, это все, конечно, слабость. Лирический, внеплановый антракт. Придёт зима, а с ней придёт и радость, Оставив в памяти дождей осенних такт. Мои обиды заметут сугробы, И больше я не буду горевать. Только, пожалуйста, вы хоть снимайте обувь, Когда садитесь на мою кровать.