Читаем рассказы

Галина Петровна вплыла в зал ресторана с таким величием, будто только что выкупила это заведение вместе с шеф-поваром и мраморными колоннами. На самом деле за душой у неё была лишь двухкомнатная квартира на окраине и непреодолимая тяга учить человечество правильной жизни. Рядом семенил её тридцатилетний сын Костя с выражением лица человека, который забыл выключить утюг пять лет назад и с тех пор пребывал в постоянной тихой тревоге. Замыкала процессию Вероника. Двадцативосьмилетняя невестка выглядела...

Карина стояла посреди прихожей, скрестив руки на груди с таким видом, будто лично выплатила государственный долг маленькой страны. В воздухе отчетливо пахло жареным луком, дешевым освежителем с ароматом синтетической лаванды и назревающей семейной катастрофой. — Я пустила вас пожить в квартиру исключительно на период обследования, а вы нагло решили остаться навсегда! — сорвалась на крик возмущенная невестка. Ее голос легко преодолел звуковой барьер типовой панельной девятиэтажки. В соседней квартире испуганно замолчал перфоратор, а кот на обувной полке моргнул и втянул голову в плечи...

Бумажная салфетка на кухонном столе была разрезана ровно пополам. Вадим считал, что среднестатистическому человеческому лицу после порции утренней овсянки вполне достаточно восьмидесяти квадратных сантиметров целлюлозы. Использовать целый квадрат он называл преступной буржуазной распущенностью. Марина молча смотрела на этот шедевр домашней экономии, аккуратно прихлебывая чай. Чайный пакетик, к слову, проходил уже вторую стадию заваривания и по цвету напоминал воду из осенней лужи. Вадим лично следил за ресурсом каждого грамма заварки...

Тамара Ивановна страдала с размахом профессиональной драматической актрисы провинциального театра, которой вместо роли королевы доверили мыть полы в гардеробе. Она прижала к пышной груди фартук в мелкую ромашку, закатила глаза к потолочному плинтусу и уронила тяжелый, словно чугунная сковорода, вздох. — У тебя на руках и без того двое сорванцов, куда тебе еще? Мы с отцом уже глубокие пенсионеры и выбились из сил! Вера даже не моргнула. Она спокойно допила зеленый чай, аккуратно поставила чашку на блюдце и посмотрела на «глубоких пенсионеров»...

Два леопардовых чемодана грохнулись на паркет из натурального дуба с таким звуком, будто в прихожую выгрузили самосвал щебня. Следом в дом влетела Анжела — в ярко-розовом пальто, с надутыми губами и выражением лица императрицы, случайно зашедшей в сельский магазин. — Быстро освободи эту спальню, это дом моего родного брата! — с порога скомандовала золовка, тыча наманикюренным пальцем в сторону главной комнаты на втором этаже. — Мне нужен простор и вид на сад, у меня тонкая душевная организация. А ты можешь постелить себе на диване внизу...