Черновик разумных мыслей

Ну правда. Включи телевизор — тебе обещают счастье в кредит и вечную молодость в тюбике за 999 рублей. Открой интернет — там курсы, которые за три дня научат тебя «жить богато и спокойно». Сходи в кино — два часа тебя держат за руку, показывают сказку, а ты сидишь, жуёшь попкорн и радуешься: «О, обман! Но какой красивый!» И мы ведь не просто терпим это. Мы хотим. Мы идём на этот обман добровольно. Более того — если фильм слишком правдивый, мы морщимся: «Да ну, скучно! Где взрывы? Где любовь до гроба за пять минут знакомства?» Нам нужна иллюзия, а не реальность...

Иногда я думаю, что во мне живёт какой-то внутренний... Пират. Только без корабля, но с таким же взглядом — чуть сумасшедшим, чуть самодовольным и с отчётливым желанием вляпаться во что-то громкое и яркое. Неважно, чем это закончится — главное, чтобы приключение! Есть у меня такая склонность — принимать решения в стиле “а давай попробуем”. Они почти всегда заканчиваются тем, что потом я хожу, тяжело вздыхаю, пересчитываю синяки (на теле или по жизни — зависит от авантюры), но знаешь, что интересно? Это почти всегда становится историей...

Знаешь, я всё чаще думаю — людей «хороших» или «плохих» на самом деле не существует. Есть поступки. Маленькие, большие, случайные, осознанные — и именно они складывают то, как мы воспринимаем человека. Сегодня он помог незнакомому деду донести сумку до автобуса — и ты про него думаешь: «Хороший». А завтра он сорвался на близкого, сказал что-то резкое — и вдруг он уже «плохой». И что, он изменился? Нет. Просто жизнь вытянула из него разные стороны. Парадокс в том, что мы сами такие же. Никто не святой, никто не злодей до конца...

Слушал тут подкаст про предпринимателей. Услышал там одну очень занятную фразу, так вот: «Когда у богатых людей возникает проблема, они не бегут её решать сами. Они находят того, кто уже прошёл этот путь, и доверяют». Сначала, честно, у меня внутри чуть ли не протест возник. Ну а как же так? Надо самому разобраться, самому через тернии к звёздам, самому вникнуть в каждую деталь. В нас ведь это с детства прошито: будь сильным, умей всё, не проси помощи. Но потом остановился и подумал: а зачем? Зачем...

Начну с фразы: «Можно заставить человека не делать зло, но нельзя заставить его делать добро». Я прочитал это и прям завис. Ну правда — как будто кто-то ткнул пальцем в самое сердце человеческой природы. Ведь зло часто можно придавить. Законом, наказанием, осуждением, страхом — целый арсенал есть. Заставить человека не ударить, не украсть, не причинить боль — в какой-то степени возможно. А вот заставить любить, помогать, быть добрым — невозможно. Добро ведь не про страх. Добро — про внутренний выбор...

А ведь правда, человек, который научился быть один — это особая категория. Не одиночка по несчастью, не тот, кого жизнь выкинула за борт, а тот, кто сам понял: “мне достаточно себя, чтобы жить, дышать и оставаться в силе”. Это страшно многих пугает. Ведь обычно мы думаем: человек силён, когда у него есть поддержка, семья, друзья, сообщество. Но есть и другая сила — тишина, внутренняя опора, умение стоять прямо, когда рядом никого. Такой человек не гонится за чужим признанием. Он не трясётся от того, что о нём скажут...

Смешное слово, простое, даже немного бытовое. Всего лишь верёвка или ремешок, чтобы удержать кого-то рядом. Но чем больше я думаю о нём, тем яснее понимаю: в жизни у каждого есть свой поводок. Только вот не всегда мы его видим. В детстве это вроде бы забота — чтобы не потерялся, не убежал. В зрелости — инструмент контроля. Ведь поводок — это не про собаку. Это про власть, про зависимость, про то, что держит тебя крепче любого узла. Посмотрите вокруг: сколько у нас “поводков” в обычной жизни. — Эмоции...

Иногда я думаю — кем мы становимся на самом деле: теми, кем хотим, или теми, кем “запрограммированы” ещё до рождения? Одни говорят: человек может быть кем угодно. Главное — желание, стремление, вера в себя. И, честно говоря, в этих словах есть что-то жизнеутверждающее: бери мечту, поливай её потом и упорством — и вот оно, счастье. А другие смотрят строже: всё уже решено. Генетика разложила карты на стол, и если тебе достался скромный набор без гениальности Эйнштейна — ну извини, выше головы не прыгнешь...

Смотрел тут фильм про 90-е. Ну, знаешь, стандартный набор: бандиты, стрельба. А у меня в это время же было детство. Знаете, что я понял? В какое бы время ни выпало твоё детство — оно всё равно детство. Даже если вокруг шумит эпоха перемен, взрослые ломают голову, где достать деньги и как жить дальше, а телевизор говорит о бандитах, кризисе и "новом порядке". Моё детство пришлось на девяностые. Кто-то вспоминает их малиновыми пиджаками, чемоданами с деньгами, стрелками и криминалом. А я… Я вспоминаю, как друзья орали на весь двор: «А Виталя гулять выйдет?» — и это было важнее любой экономики...

Странное ощущение — когда вокруг тысячи лиц, шум, спешка, разговоры, а внутри тебя будто пустота и тишина. Толпа умеет создавать иллюзию принадлежности: вроде ты не один, но именно там чаще всего и чувствуешь одиночество. Тогда, спасение находилось на крыше высотки. Там где где ветер холодит щеки, а город становится похож на игрушечный макет. Снизу — мельтешение людей, сверху — бесконечное небо. И ты вдруг понимаешь: вот он, баланс. Они там — бегут, суетятся, спорят, спешат; а ты — выше. Тебя держит...

Иногда я думаю — кем мы становимся на самом деле: теми, кем хотим, или теми, кем “запрограммированы” ещё до рождения? Одни говорят: человек может быть кем угодно. Главное — желание, стремление, вера в себя. И, честно говоря, в этих словах есть что-то жизнеутверждающее: бери мечту, поливай её потом и упорством — и вот оно, счастье. А другие смотрят строже: всё уже решено. Генетика разложила карты на стол, и если тебе достался скромный набор без гениальности Эйнштейна — ну извини, выше головы не прыгнешь...

Знаете, я всё чаще ловлю себя на мысли, что мы как-то странно относимся ко времени. Будто оно у нас в безлимите. Будто есть где-то в ящике запасная пачка лет, аккуратно перевязанная ленточкой, на случай «если что». Но правда в том, что каждому отведён свой срок. Не больше, не меньше. И этот срок — не гарантия. Это дар. Дар, который нам почему-то выдали без инструкции, без графика обслуживания и без предупреждающего сигнала, когда он начнёт заканчиваться. Мы живём так, словно впереди всегда «потом»:...