Чайная История - Завариваем настроение
Чай в вашем шкафу не испортился. Он потерял ровно то, за что вы платили
У каждого дома стоит пачка чая, которую открыли непонятно когда. Человек смотрит на дату, видит, что она прошла, и честно не знает, что делать: выбрасывать вроде жалко, пить вроде страшно. Хорошая новость: бояться нечего. Плохая — то, что вы будете пить, уже не то, за что вы заплатили. А по пути разберёмся с двумя мифами разом. Первый — «у чая нет срока годности» (есть, и это требование закона). Второй — «старый чай вреден» (не вреден, но есть один реальный риск, и он не про дату). Действующий ГОСТ...
Этот нефритовый зелёный — не краска. Его делает нехватка кислорода в печи
Лунцюаньский селадон — тот самый нефритовый зелёный, который все видели и почти никто не может объяснить. Обычная догадка: краска или цветная глазурь. Ни то, ни другое. Цвет здесь делает нехватка кислорода. Как получается зелёный В глазури есть оксид железа. Дальше всё решает атмосфера печи. Если кислорода вволю, железо окисляется полностью и даёт жёлтое и рыжее. Если кислород ограничить — идёт восстановление, железо переходит в другую форму, и глазурь становится зелёно-голубой. Один и тот же состав, разный результат, и разница только в том, чем дышала печь...
Белый фарфор — не бедный родственник глины. Для одной задачи он объективно лучше
В чайных разговорах фарфор занимает место бедного родственника. Глина — это серьёзно, фарфор — это для тех, кто ещё не дорос. Разберём на примере дэхуаского фарфора, почему всё ровно наоборот. И почему для одной задачи он объективно лучше любой глины. Белизна, которой не добивались Дэхуа — уезд в провинции Фуцзянь. Местный каолин отличается от прочих одной особенностью: в нём очень мало оксида железа. Это звучит скучно, пока не поймёшь последствие. Цзиндэчжэньскому фарфору, чтобы стать белым, нужен восстановительный обжиг — печь морят без кислорода, чтобы железо не дало желтизну...

