Чайная История - Завариваем настроение

Лунцюаньский селадон — тот самый нефритовый зелёный, который все видели и почти никто не может объяснить. Обычная догадка: краска или цветная глазурь. Ни то, ни другое. Цвет здесь делает нехватка кислорода. Как получается зелёный В глазури есть оксид железа. Дальше всё решает атмосфера печи. Если кислорода вволю, железо окисляется полностью и даёт жёлтое и рыжее. Если кислород ограничить — идёт восстановление, железо переходит в другую форму, и глазурь становится зелёно-голубой. Один и тот же состав, разный результат, и разница только в том, чем дышала печь...

В чайных разговорах фарфор занимает место бедного родственника. Глина — это серьёзно, фарфор — это для тех, кто ещё не дорос. Разберём на примере дэхуаского фарфора, почему всё ровно наоборот. И почему для одной задачи он объективно лучше любой глины. Белизна, которой не добивались Дэхуа — уезд в провинции Фуцзянь. Местный каолин отличается от прочих одной особенностью: в нём очень мало оксида железа. Это звучит скучно, пока не поймёшь последствие. Цзиндэчжэньскому фарфору, чтобы стать белым, нужен восстановительный обжиг — печь морят без кислорода, чтобы железо не дало желтизну...

Бронза, фиолетовая дымка, индиго с золотым отливом. Когда видишь партию нисин-тао, первая мысль — химия. Слишком похоже на анодированный металл, чтобы быть глиной. Никаких красителей там нет. И глазури тоже нет. Всё, что вы видите, сделала печь. Откуда глина Циньчжоу — город в Гуанси, на юге Китая. Глину берут из русла реки Циньцзян, и берут с двух берегов. С западного — твёрдая, си ни. С восточного — мягкая, дун ни. По отдельности не работает ни та, ни другая: одна не держит форму, вторая трескается...