Animals

— Слушай, мне тут принесли таксу... Здоровый мальчик. Кексик зовут. Но хозяева наигрались и отказались. Жаль беднягу. Он такого же окраса, как ваша Печенюшка. Может, приютите его? Маша отвлечется хоть немного… Все друзья сочувствовали Женьке, и на то были веские основания… — Пригрел змею на груди. Это ж надо жениться на такой мегере! Да уж... Врагу не пожелаешь, — вздыхали холостые товарищи, переживая за судьбу друга. Однако Женька не унывал: — Да ладно вам, ребята! Маша любит меня, хотя и ворчит немного...

— Господи! Какая же ты худая! — она взяла серую кошку на руки, погладила и стала вкладывать ей в рот кусочки мягкого корма. Кошка смотрела на неё, и из её глаз текли слёзы… Кошка умuр@ла, и перед её глазами проносились все самые значительные моменты её жизни… Котята, из которых почти никто не выжил. Солнечные дни и еда, которую иногда давали добрые люди. Холод и голод осенних и зимних дней. Заваренные окна подвала и то, как она вытащила котят через малюсенькую щелку. Люди, которые гнали, и собаки, которые пытались разорвать...

И пес вместе с хозяевами ушел жить в сарай, согревая их по ночам своим большим телом. Но каждый раз, услышав, как чужаки топают по крыльцу тяжелыми сапогами, Карай глухо рычал… Больше всех на свете Карай любил своего хозяина, Федю. Любил с того самого дня, как мальчик-подросток принес его из соседней деревни на руках, совсем маленького. — Во, — сказал Федя, — Овчарка! Настоящая, немецкая! Правда, полукровка... Федина мать только руками всплеснула. Прокормить такую махину! Но Федя возразил, что хороший охранник в доме стоит съеденных харчей...

Визг тормозов, рёв клаксонов... Полицейский подбежал и уже собирался крикнуть, но… Мужчина повернулся к нему, прижимая к груди маленького котёнка, а по его щекам текли слёзы… Жена ушла в мир иной внезапно. Сердце, знаете ли… Бывает такое, случается. И он остался один, совсем один – ни знакомых, ни родственников, ни друзей. На работе сочувствовали, но это было ещё хуже, и он старался отвечать сухо и односложно, чтобы отстали. А дома было совсем плохо. Тихо было дома, пусто, и всё напоминало о ней...