Блог строителя

Валерий Петрович пересчитал купюры три раза, прежде чем поверил, что их и правда не хватает. Стоял у кассы в "Пятёрочке", а сзади уже кто-то нетерпеливо переступал с ноги на ногу. Отложил пачку пельменей. Взял вместо неё что подешевле. Обычная среда, ничего особенного. Просто до пенсии оставалось три дня, а зарплата за смены сторожа приходила только пятого числа. Год назад в этот же магазин он заходил за шампанским. Брали четыре ящика, потому что "на сто двадцать человек мало не бывает". Сейчас прикидывал, хватит ли на хлеб и сыр...

— Галь, ты серьёзно? Ты сейчас серьёзно мне это говоришь? Галина Андреевна не отвела взгляд. Стояла в дверях кухни, руки сложены на груди, и смотрела на Марину так, как смотрят на человека, которому объясняют что-то очевидное. — Я говорю то, что есть. Деньги на утеплитель и плиты я взяла. Временно. Верну после нового года. Марина почувствовала, как у неё перехватило дыхание. Не от злости — от масштаба того, что сейчас прозвучало. Не «извини», не «я должна была предупредить», не «я понимаю, что это не моё»...

– Максим, у нас дети спят в куртках. В куртках, понимаешь? В своём доме, который мы строили три года. Валентина стояла у окна и смотрела во двор. За стеклом осенний дождь размывал грядки, которые она сажала ещё весной, когда казалось, что к сентябрю всё будет хорошо. Дом, свой угол, наконец-то своё. Она тогда ещё шутила: «Главное, чтобы тепло было». Не смешно теперь. – Валь, ну подожди. Я разберусь. – Ты это говоришь уже третью неделю. Разберёшься. А Никита вчера проснулся с температурой — ты в курсе? Или тебя дома не было? Максим сел за кухонный стол...

Внучка выключила сканер и замерла. На экране светилась метрика тысяча девятьсот двадцать второго года, а прадед, если верить семейной легенде, родился в тысяча девятьсот восемнадцатом. Она перечитала строчку три раза, потом ещё раз — цифры не менялись. За окном темнело, соседи включали свет, кто-то на кухне этажом ниже жарил лук, и запах полз по вентиляции прямо в комнату Оли. Она этого даже не замечала. Год назад всё началось невинно. Оле, тогда ещё студентке последнего курса, дед сказал за чаем: «Вот бы к сотне отца книжку сделать...