Лучшие фотографы мира

На этой неделе хочется про мистификацию, обман и очень специфический юмор. Начнем с Роджера Баллена — человека, который наглядно доказал: любую реальность можно сконструировать с нуля и скормить публике как чистую правду.  В 90-х его снимки из Южной Африки не просто шокировали. Они буквально вывернули мир наизнанку. На кадрах были обитатели заброшенных трущоб в пугающих, почти звериных позах: с крысами на плечах, в окружении колючей проволоки и безумных рисунков на стенах. Зрители замирали от ужаса перед «честной документалистикой» из забытых богом мест...

… Американская глубинка, закрытые вечеринки и книга, которую American Photo назвал лучшей в 2009 году. Всё, как мы любим с иронией, без осуждения и с чётким пониманием, что нормальность понятие растяжимое...

Восполняем пробелы в радуге. На очереди цвет, который я преступно пропустила, но без которого весна — просто календарная формальность. Зеленый. Для фотографа этот цвет — всегда вызов. Его сложно «приручить» в кадре, чтобы он не выглядел дешево или грязно. Но если поймать правильный оттенок, картинка начинает буквально дышать. Это цвет обновления, который идеально ложится в наше весеннее настроение. Зеленый наполняет кадр какой то плотностью и весом. Это идеальный инструмент для тех, кто хочет добавить в визуал жизни, но без лишней суеты и кричащей страсти красного...

? Зима все. Весна. Весна и... распущенность. Вы же не нежных подснежников от меня ждете, правда же? Начнем с классики вопроса: а был ли секс в СССР? Николай Бахарев уверен, секс был. Причем такой густой и телесный, что современным инста-дивам и не снилось. К этой теме он пришел не от хорошей жизни, а от скуки: работая в службе быта Новокузнецка, он годами снимал унылые портреты для Досок почета. Душа требовала живого мяса, и Николай пошел «в народ». Еще в конце 70-х, когда за «голые» снимки светила...

🌲 Пока я готовлю для вас горячее весеннее обострение, предлагаю красиво зафиналить тему зимы. Этот пост — отличная проверка на то, насколько мощным может быть личный бренд и авторский стиль. Даже самую примитивную елку можно подать так, что вы узнаете автора. Никаких лишних деталей, только характерный почерк автора. Задача простая: угадать, в стиле какого художника нарисована каждая из этих елок. Для затравки: здесь точно притаились Уорхол, Дали и Пикассо...

Снять красивую одежду на фоне байкальских трещин это база. 12 STOREEZ пошли глубже и выстроили всё на личной драме. Героиня съемки Александра Егорова. Для нее лед связан с детством и бабушкой, которой не стало несколько лет назад. Вместе с потерей ушло и чувство безопасности. Саша просто не могла больше встать на коньки. В этой кампании она впервые возвращается на лед Байкала, чтобы не «победить» природу, а наконец-то примириться со своим прошлым. Могучий байкальский лед здесь не просто декорация...

Продолжаем собирать радугу. На очереди цвет, который не умеет суетиться - синий. Синий это абсолютная тишина и дистанция. В фотографии это самый «интеллектуальный» игрок. Он мгновенно отрезвляет кадр, добавляя в него порцию меланхоличного благородства и стерильности. Это цвет глубоких теней, предрассветных сумерек и того самого «чистого» минимализма, от которого веет спокойствием. Синий может быть нежным, как выцветший деним, или ядовито-электрическим, как неоновая вывеска в пустом переулке. Это идеальный инструмент для тех, кто хочет навести в кадре порядок и выставить границы...

Если вам кажется, что зима это просто неудобство на пути к лету, посмотрите на кадры Рагнара Аксельссона. Исландский фотограф вот уже 40 лет документирует мир, который буквально уходит у нас из-под ног. Сибирь, Гренландия, Исландия: для него это не декорации для сторис, а суровая передовая. Аксельссон снимает исчезающую натуру. Из-за глобального потепления вся эта арктическая романтика скоро останется только в кинолентах и старых снимках. Главные герои его хроник это гренландские ездовые собаки...

Если вы думали, что зимний лукбук: это обязательно модели в Альпах, то ребята из Verlab быстро объяснят, как выглядит настоящий русский стиль. Эта лаборатория образного проектирования выдала серию луков, вдохновленную нашими мультфильмами. Здесь всё, на чем мы росли. От «Трое из Простоквашино» до абсурдного «Падал прошлогодний снег». Блудный попугай Кеша и хоккеисты из «Шайбу! Шайбу!»: все они превратились...

Если вы думали, что съемка Мартина Парра в Альпах это все, что происходило этой зимой в горах, то посмотрите на этот визуальный аттракцион от Тони Келли для модного дома Kiton. Кажется, на продакшн этой охренительной жары с вертолетами и спорткарами потратили столько же, сколько Майкл Бэй тратит на типичный фильм про трансформеров:)) Тони Келли мастер глянцевого излишества. У него в кадре всё летит, горит и искрится. Красные суперкары прямо на горнолыжной трассе, вертолеты, зависшие над лыжниками в костюмах стоимостью в однушку в Подмосковье...

Возвращаемся к зиме. Ну не летом же всё это показывать:)). Но сначала: еще чуть-чуть про женщин. Помните пост про зимний импрессионизм Сола Лейтера? Так вот: он любил не только ловить капли на стекле и размытые такси. Он обожал снимать голых женщин. И снимал их с той же меланхоличной нежностью, что и заснеженный Нью-Йорк. Женщин любят все. Они почти как котики:)). Это универсальный визуальный допинг, который не требует объяснений. Если вы вдруг не любите голых женщин: то котики тут, тут и вот там...

? Продолжаем собирать радугу. На очереди цвет, который после бесконечной зимы действует на мозг как двойной эспрессо - желтый. Если голубой был про анабиоз и дистанцию, то желтый: это открытый вызов. В фотографии это достаточно капризный игрок. Он вытягивает на себя всё внимание, превращая любой кадр в манифест оптимизма. Иногда неоправданного. Это цвет мимозы, первого солнца и той самой энергии, которой нам так не хватало в зимних сугробах...